Книга (не) отец моей дочери, страница 5 – Елена Белильщикова

* * *

— Ау? Земля вызывает Рони! — Дэв пощелкал пальцами перед моим лицом, и я захлопала ресницами, возвращаясь в эту реальность.

— Меня зовут Ника! — Привычно ощетинилась я, а Дэв вместо того, чтобы послушаться, снова рассмеялся. Хрипло, маняще. Боже, как я любила этот смех, всегда ловила каждую черточку родного лица, когда он вот так запрокидывал голову и смеялся.

— Ты неисправима. Я — не такой как все. И не собираюсь тебя называть так, как окружающие.

— Тогда перестань называть меня этим собачьим именем. Кличкой. — Я вредничала, и знала это. Но Дэв вместо того, чтобы настаивать, вдруг нежно потянулся ко мне. Отвел светлый локон с моей шеи, прикоснулся к бешено бьющемуся пульсу — тонкой голубой жилке на шее.

— А как мне тебя называть? — Он склонился надо мной так близко, что я ощутила легкий аромат его парфюма. Хвоя и морской бриз… — Фиалка?

Его губы нашли мои сразу. Так, будто мы не расставались на долгие шесть лет. Так, будто мы, как прежде, подходили друг другу, как ключик и замочная скважина. Его губы прикоснулись к моим легонько, словно перышком провели, и я задохнулась от нежности.

От сладости его поцелуя, первого за эти долгие шесть лет. Но потом Дэв осмелел. Взял мое лицо в свои руки. Начал целовать более горячо, страстно. Наши тела касались друг друга так же, как и губы, и от этого кружилась голова.

— Ты вернулся! — Выдохнула я прямо ему в губы, и почувствовала его улыбку прямо во время поцелуя.

— Ты не можешь себе представить, Фиалка, как долго я ждал этой встречи. Слишком долго! — Прошептал он, разрывая поцелуй. И я сдалась. Сама потянулась к нему со стоном. Обвила руками его шею, прижимая еще ближе к себе. Целуя его, первая, так дерзко и открыто, не желая скрывать своих чувств к Дэву.

Хватит! Целых долгих шесть лет я скрывала его, как свой постыдный секрет. Прятала слезы в подушку, тонула в воспоминаниях. Больше этого не будет! Я выросла, и не желаю бояться. Если я хочу поцеловать этого невозможного человека, своего бывшего парня, то я это сделаю… И мне плевать, что Дэв подумает обо мне после поцелуя!

Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, то оба тяжело дышали. Глаза Дэва сверкали так, словно он по меньшей мере поймал жар птицу за хвост, и выдернул перо из этого самого хвоста. Я же, как обычно, нахмурилась, пытаясь скрыть смущение.

— Вернемся к нашим баранам, Фиалка? — Его голос был чуть насмешлив. А я ругала себя мысленно, что снова поддалась его безумному обаянию.

— Ты о деловом предложении? К сожалению, мне придется отказаться. — В моем голосе действительно прозвучало сожаление. Нотки которого мне так и не удалось скрыть.

— Нет. Я не об этом. — Дэв помолчал, испытующе глядя на меня. А у меня под ложечкой засосало от неприятного предчувствия. Вот-вот грянет гром, и бежать мне некуда…

— А о чем? — Мой голос больше напоминал мышиный писк. Дэв холодно усмехнулся, и я кожей ощутила, как несмотря на включенную печку, температура в салоне упала на пару градусов.

— О дочери. Скажи, милая, у меня, оказывается, есть дочь? — Гром грянул. И разверзлись небеса. А я бы, предпочла, провалиться сквозь землю, только бы не оставаться в этом салоне. Больше ни минуты! Дэв обо всем догадался. Я читала правду в его остром, как осколки стекла, взгляде. Только тронь — порежешься.