Книга Блондинка (не) против любви, страница 10 – Елена Белильщикова

Перед глазами у Шерри в этот миг пронеслись неясные видения…

Все кончено. Сегодня мы стоим напротив друг друга, уже чужими людьми. Хотя еще недавно были влюблены до безумия. А были ли? Или все чувства - лишь самообман? Возможно, любила я. А ты - лишь позволял мне себя любить. Позволял верить, что скоро наденешь на мой палец обручальное кольцо и произнесешь заветные слова: "вместе и навсегда". Но вместо этого, тогда в ванной, ты сказал совсем иное:

- Нам нужно расстаться. – Холодное презрение в твоем голосе звучало так открыто, а серые осколки льда во взгляде ранили сердце до крови.

Тебе тогда было безразлично, что через неделю - четырнадцатое февраля, День Влюбленных, что звучит сейчас, как насмешка. А еще тебе было плевать на то, что через неделю у нас с тобой свадьба... Ты просто решил, что нам нужно расстаться, и ушел.

И сегодня я снова вижу тебя? С другой?

- Ты с ней! – Мой пронзительный крик бритвой разрезает весеннюю тишь, а в ярко синем небе безмятежно парит белая голубка. Я не могу сдержать свою боль, а зря. Ведь ты даже не смотришь на меня. Твои загадочные дымчатые глаза скучающе следят за полетом голубки, а легкий вздох с нотками усталости окончательно подводит черту.

- Да. – Наконец говоришь ты, выжигая мою душу дотла.

Птица складывает крылья, прерывая свой полет, и стремительно, камнем начинает падать вниз. Она, словно душа, изранена острой сталью безжалостных глаз, жестоких слов, не выдерживая боли, умирает в небесах, еще не разбившись о твердь...

С коротким стоном, я сбегаю прочь, в бессильной попытке спрятаться, скрыться от насмешливых глаз, которые раньше искрились любовью. Но сейчас, вслед мне, несется только отрывистый хохот. Это смеется надо мною Грег.

Каблуки четко впечатываются в снег, рваное дыханье саднит горло, бешеный стук сердца отдается в висках. Мной движет только желание бежать и больше не видеть бывшего возлюбленного, но предательский лед под ногами обрывает мой бесславный побег. Черт, я сильно приложилась лицом к булыжной мостовой. Оказывается снег – это не так мягко, как кажется на первый взгляд, под ним еще есть камни и лед. Резкая боль от ссадин и царапин заставляет ее невольно пожалеть о спешке. Но на смену боли физической приходит боль душевная, и заставляет меня застонать. Я лежу, ощущая лишь холод снежного покрова, постепенно погружаясь в плотный кокон апатии. Не хочется вставать, делать какие либо движения, а просто лежать, вот так, глотать соленые слезы. Наверное, разбила губу, падая. Больно, больно, больно...

— Девушка, вам плохо? – Шерри очнулась, с трудом приподняв голову и взглянув припухшими глазами в ясные очи молодой девушки, с участием, склонившейся над ней. Губы шевельнулись в попытке ответа, но из пересохшего горла вырвался лишь хриплый стон. Слезы непрерывным потоком струились по щекам, превращая лицо в маску.

— Я сейчас позвоню в скорую помощь, - Не на шутку перепугалась эта девушка, видя, что упавшая незнакомка молчит и только смотрит на нее. Но слова, пополам с жестоким смешком, донесшиеся, откуда-то сверху, заставили Шерри вздрогнуть, как от удара хлыста.

— Мишель, какая же ты доверчивая, ей Богу. Эта истеричка просто ломает комедию. – К ним быстрыми шагами приближался он. Грег, ее любимый, методично разбивающий сердце на сотни частей. Но... Откуда он знает эту девушку, случайную, сердобольную прохожую?!