Книга Как воспитать приют и мужа, страница 102 – Елена Белильщикова, Анна Витор

Она напрочь забыла про магию, ринувшись к решетке.

— Ты кого теткой назвал?! – глаза зло блеснули.

Губы поджались в тонкую гневную линию. Мама наклонилась, одним движением сдергивая с ноги туфлю. Она легко пролетела между решетками.

Мейсон едва успел увернуться, чтобы не схлопотать каблуком по лбу. С губ сорвалась парочка грязных литорийских ругательств. Руки взметнулись вверх. Зеленый огонь соединился в одну мощную сферу. Еще немного – и полетела бы к решетке.

Мама взвизгнула, отскакивая в сторону. Хотя это не спасло бы… Если бы не острие меча, которое уперлось между лопаток Мейсона. Ведь пока мама отвлекла внимание на себя, Юлиан успел подняться на ноги, пусть и покачиваясь. А еще – неслышно подобрать свой клинок.

— Сдавайся, Мейсон, – прозвучало хрипловато. – Предлагаю в последний раз.

— Оклемался? – усмехнулся Мейсон. – Значит, придется добить!

Он хитро взмахнул рукой, и сфера огня полетела назад. Юлиан вовремя отпрянул в сторону, но был вынужден отвести меч. Магический удар пришелся по часам. Они разлетелись на мелкие осколки. А за секунду до этого я увидела, как упала последняя песчинка.

Воспользовавшись, что в спину больше не упирается клинок, Мейсон резко развернулся.

— У меня нет на тебя времени! Если упустить эту минуту, ничего не получится! –его голос дрогнул, будто вот-вот начнется истерика.

«Всего минута. Нужно, чтобы Юлиан продержался всего минуту… но у него почти нет сил», – подумала я, напряженно наблюдая.

Мейсон атаковал яростно, не думая. В Юлиана полетела череда ярких сфер. Отбить все – невозможно. Однако на то мой муж – и лучший боевой маг, чтобы полагаться не только на энергию. Он пригнулся от одного удара, увернулся от другого, а от третьего – ускользнул в сторону плавным, как у танцора, шагом… А потом Юлиан вскинул руку в ответ. Всего один крохотный шарик стремительно полетел к Мейсону.

Тот не успел увернуться, получив им в грудь. Глаза закрылись, и тело обмякло. Мейсон упал на колени, а потом рухнул на пол. Как убитый, если бы не резкий всхрап. На всякий случай Юлиан сковал магическими путами, а потом бросился ко мне и Энни.

Я даже не запомнила, как ослабевали магические путы. Как Юлиан поддерживал меня, помогая подняться на камне. Только то, как мы безумно прижимались друг к другу, срывая короткие жадные поцелуи. Такие страстные, чтобы сказать, как сильно испугались друг за друга. Не словами. Я суетливо проводила ладонями по его лицу и волосам, чувствуя кровь. А он, казалось, и не замечал. Лишь смотрел на меня блестящими глазами, как на величайшее сокровище.

Отстранившись, Юлиан подхватил на руки Энни. Он прикрыл глаза, собираясь использовать магию. Между бровей залегла морщинка.

— Ты потратил слишком много, – я накрыла его ладонь своей мягко, но непреклонно. – Лучше я.

Моя рука легонько опустилась на лоб Энни. Прикрыть глаза, шепнуть заклятье, направить магию – это уже давно стало так же естественно, как дышать. Закончив, я с тревогой посмотрела на дочь. Ее ресницы вздрогнули. Она сонно заморгала, оглядываясь по сторонам.

— Мама? Папа? – пробормотала Энни. – Где?..

— Все хорошо, мы в безопасности, не бойся, – прошептала я, гладя ее по волосам.

На минуту мы замерли так. Втроем. Рядом. Энни притихла в кольце наших объятий, а я и Юлиан прислонились друг к другу лбами. Кое-как осознав, что все позади, мы отстранились.