Книга Попаданка. Отвергнутая жена, страница 19 – Елена Белильщикова

«И оказаться в еще худшем плену, чем была до сих пор? В руках его отца к которому тебя потянуло? Ну уж нет, девочка! Только разумный подход поможет спасти честь и жизнь», – строго сказала себе я и, тяжело вздохнув, отобрала у Филиппа руку.

— Ты виноват, Филипп, – мои слова снова падали так же тяжело, как камни с обрыва. – Ты не имел права вообще доставать кинжал. И угрожать им безоружному человеку. Этим ты подверг опасности меня. Сам это увидел. Потому что я не допущу, чтобы кого-то убили по моей вине. А дети, Филипп? Ты подумал о детях? Или в пылу ревности тебе было плевать, что они все это могли увидеть? Или пострадать и сами? Ладно наша дочь, она еще совсем маленькая, но Маркус уже делает первые шаги, вдруг бы он оказался рядом, попал под руку?

Я полосовала словами Филиппа без жалости. Даже с удовлетворением, видя, как он вздрагивает от каждого слова. Словно стоит на площади у позорного столба, и плеть палача проходится по его спине.

— Твое счастье, что Агния их увела. И они ничего не видели. И были в безопасности. А так бы я тебя никогда не простила, Филипп.

— У меня есть шанс заслужить твое прощение, Элион? – Филипп медленно склонил голову и опустился на колени.

Я сглотнула, уставившись на него. Не ожидала от мужа подобного поступка. Филипп всегда отличался неимоверным упрямством и гордостью. Его и под пытками не поставить было на колени перед кем-то. А тут… он опустился на них по доброй воле.

— А у меня? – Горько усмехнувшись, проговорила я. И умолкла.

— Не знаю, Филипп. Я подумаю над этим, – не стала кривить душой я.

И все-таки не смогла удержаться. И потянулась к нему. Робко, словно девчонка, впервые влюбившаяся в парня. Мои пальцы коснулись щеки Филиппа в нежном прикосновении. Он сожмурился так, словно я причинила ему либо величайшее страдание, либо наслаждение. Филипп так и не открыл глаз. А я, пользуясь тем, что он не видит, наслаждалась сама. Краденой лаской. Когда мои пальцы поползли выше и запутались в его темных волосах. Я слегка натянула за них, заставив Филиппа послушно откинуть голову.

— Открой глаза, – мой голос прозвучал тихо, но угрожающе, и я дернула за них сильнее, ресницы Филиппа взлетели вверх, и наши взгляды встретились.

— Открой глаза, – мой голос прозвучал тихо, но угрожающе, и я дернула за них сильнее, ресницы Филиппа взлетели вверх, и наши взгляды встретились. – Тебе придется очень постараться, если захочешь заслужить мое прощение за подобное поведение.

Мой тон прозвучал хищно. Опасно. Словно угроза в этом зале сейчас исходила уже не от Филиппа, а от меня. Он быстро кивнул. И его губы изогнула неуверенная улыбка.

— Клянусь, моя Элион, я пойду на все, чтобы вернуть тебя. Даже если ты разлюбила меня и у тебя появился другой! Клянусь! – прошептал он пылко.

Филипп снова перехватил мою забинтованную руку и прижал к своим губам. Так сильно, что ладонь прострелила короткая вспышка боли. Я отшатнулась от Филиппа, не сводя с него пронзительного взгляда, выдернув руку из его цепких пальцев. Меня напугала его излишняя горячность… больная одержимость, которая светилась сейчас на донышке зрачков Филиппа. Словно только сейчас он почувствовал, что может потерять меня навсегда. Если… уже не потерял.

— Я ушла от тебя, забыл? – отрезала я, прижимая к груди перебинтованную руку и пытаясь перевести сбитое от волнения дыхание.