Книга Измена. Магическая кухня попаданки, страница 58 – Елена Белильщикова

А во взгляде Алена блеснул злобный, мстительный огонь. Он уже не тот юноша, невинный и нежный, которого можно было разжалобить слезами на длинных черных ресницах испуганного мальчишки. Не слишком-то Клод о жалости думал, когда Изабеллу крал!

— Говори быстро! – рявкнул Ален и поднес хлыст к беззащитной шее, накидывая его удавкой, сжимая поверх ствола дерева и горла. – Иначе удавлю, как собаку, и никто не вспомнит о тебе даже! Никому ты не нужен!

Ну, конечно, Ален перегнул палку. Были у Клода и друзья, и товарищи, и деловые партнеры. Ален поздно вспомнил, что следов на Клоде и синяков оставлять нежелательно. Ведь его лучший друг и крестный отец малыша – Феб Шейт, дознаватель Эрлая. Так что лучше держать руки при себе. Но ой, кажется, не получится.

— Куда ты увез Изабеллу? – уже спокойней и жестче переспросил Ален, и блестящая удавка хлыста сильнее надавила на горло. – Мне терять нечего, Клод. Я ее люблю. И я ее хочу. Ты не помешаешь мне заполучить Изабеллу.

— Отпусти… – голос Клода звучал хрипло, хотя хлыст еще не сдавил настолько, чтобы задыхаться.

Широко распахнутые глаза заблестели от страха. Клод дернулся, вскидывая руки к шее. Но так и не решился коснуться кончиками подрагивающих пальцев хлыста. Оцепенел. Слишком ловко Ален набросил его на шею. Что, если вконец озвереет и действительно убьет здесь?

— Т-ты же не убийца, Ален? – предательски запинаясь, выдавил Клод.

Вместо того, чтобы царапнуть жесткое черное плетение хлыста, его пальцы накрыли ладонь Алена. Клод буквально чувствовал, как играет сила, скрытая сталь под его тонкой кожей. Как он… способен убить. Может, и не зря Клод тогда грозил ему историей о Милли, его сестре? От этих мыслей мурашки побежали по спине. И все-таки Клод не отвел взора от его глаз, глядя в упор, безотрывно, пронзительно. Будто говоря, что если захочет убить, придется навсегда запомнить последний взгляд. И видеть его во снах каждую ночь.

Волна ярости поднялась в Алене. Слепой, удушающей ярости. Ему захотелось прокричать в лицо Клоду: «Что ты творишь?! Зачем провоцируешь меня своими поступками на страшное?»

Ведь и вправду… Ален знал, что намного сильнее. Помнится, Милли, смеясь, звала его северным медведем. Почему северным? Ален не знал. Просто на холодном колючем севере все животные были больше, чем в их теплых краях. Более дикими. Необузданными. Такими, как Ален сейчас?

— Мне стоит лишь надавить, Клод, чтобы хрустнули все кости. И ты свалился мешком к моих ногам. И больше никогда, никогда не открыл своих прекрасных глаз, которыми любишь соблазнять служанок, – проговорил он не своим голосом, а низким, хриплым, больным.

Все-таки Ален… никогда не убивал. Что бы себе ни думал Клод Окнел. И это и вправду страшно. Переступить черту в первый раз. Но ради Изабеллы Ален мог это сделать. Он чувствовал это.

— Но ты прав. Я не убийца! Я не сделаю этого! – Ален неожиданно разжал хватку.

Клод, казалось, этого даже не понял. По-прежнему стоял, прижимаясь спиной к стволу. Глядя перепуганными глазищами. Хлопая длинными черными ресницами, оттеняющими правильные черты почти херувимского лица.

В бешенстве Ален сильнее стиснул рукоять хлыста. И замахнулся. Противно свистнул хлыст, опускаясь на сухую кору дерева. Сбоку. Совсем рядом с лицом. Взрывая чешуйки коры дерева, заставляя Клода закричать. Но он не дернулся даже, настолько сильно испугался. Алену показалось, Клод даже перестал ненадолго дышать.