Книга Измена. Магическая кухня попаданки, страница 51 – Елена Белильщикова

«И почему моя магия только напитывает готовую еду? А приготовить что-нибудь с ее помощью нельзя. Вот бы вжух – и передо мной скатерть-самобранка, а на ней и супчик, и салатик, и десертик с горячим чаем», – я тоскливо вздохнула от этих мыслей.

В коридоре раздались голоса. Я вскочила, подбежав к двери, и влипла в нее ухом. Похоже, там шли молоденькие девушки-монахини. Негромко они обсуждали между собой, что в сиротском приюте при монастыре заканчиваются чернила, что нужно бы сообщить об этом матушке Полин, а она уехала по делам и может задержаться.

— Помогите! Эй! Я здесь! – я закричала, что есть силы. – Меня здесь заперли!

Я начала молотить по двери раскрытыми ладонями, но кожа быстро вспыхнула и заболела. Девушки притихли. Казалось, они задумались, что делать с буйной пленницей. Не могли же не услышать? Не могли. Я поняла это через минуту, когда одна из них испуганно пискнула:

— Пойдемте. Иначе матушка Полин нас накажет. Хотите остаться завтра без еды и воды? Или и вовсе придется всю ночь стоять на коленях в старой часовне, на холодном каменном полу. У меня в прошлый раз даже синяки остались!

— А меня там зимой заперли! – жалобно проговорила другая. – Так наутро такой жар начался, думала, не выходят, так захворала… Вы правы, лучше пойдемте! Жалко бедняжку, но что поделать, посидит немножко, а там матушка Полин и смилостивится, если ее слушаться. Разве что… принесем кусочек хлеба и молока?

— А потом влетит за это… Лучше пусть грешница раскается, и матушка Полин сама ее пожалеет.

Они ушли. Я закрыла лицо ладонями, чувствуя, как намокают от слез ресницы. По телу пробежала дрожь. Только сейчас до меня дошло, в насколько ужасное место я попала. Может, спрятаться в монастыре от мужа-изменника – это и неплохой вариант! Только если этот монастырь не под крылышком матушки Полин – той еще ведьмы!

То ли от этих мыслей, то ли от того, как долго сидела без движения почти на полу, я начала замерзать. И вслепую потянула с полки одеяло, закутываясь в него и больше даже не стараясь сдерживать слезы. Все равно никто не увидит. Никто не услышит. Никто не выпустит отсюда. И Ален, Ален никогда не узнает, где меня искать!

Когда через время снова послышались шаги, я не выдержала. Взвилась на ноги. Одеяло соскользнуло куда-то на пол. Я бросилась к двери, молотя в нее то ладонями, то кулаками, даже пару раз зарядив ногой, когда устали руки.

— Помогите! Кто там? Вы меня слышите? Выпустите меня, умоляю! – закричала я, едва не срывая голос.

«И на что я надеюсь?» – грустно подумала я, но сдаться так просто не могла, ведь иначе мне больше никогда не увидеть ни сына, ни Алена.

Мой голос срывался от слез. Ведь я уже понимала, что никто мне не откроет. Я осталась пленницей в когтях этой мегеры Полин, которая держит здесь всех в ежовых рукавицах! Никто не решится ей перечить! От мысли об этом я заплакала еще горше, прижавшись лбом к шероховатому дереву. И вдруг загремел засов, и дверь распахнулась! Я едва не упала на свою спасительницу. По глазам ударил свет, после темноты я зажмурилась, но пальцами вцепилась в рукав незнакомки.

— Кто ты такая? Платье не как у монахини, – растерянно спросила она.

Меня будто прорвало. Из глаз хлынули слезы. Сквозь этот туман я посмотрела на незнакомую девушку. Ее темно-каштановые волосы были убраны в аккуратный пучок, оплетенный несколькими меленькими косичками, украшенный золотой заколкой с сапфиром. Прямо в цвет дорогого синего платья, подчеркивающего стройную фигурку. Девушка была аристократкой, без сомнения. Приехала в монастырь к кому-то в гости? Да неважно! Лишь бы вытащила меня отсюда! И я начала свой рассказ, стараясь не рыдать на весь монастырь: