Книга Мои. Робкий дар убогого мира, страница 100 – Лина Таб

Как обычно, будто того и ждал, Сахи пришел практически сразу. Это было его время, когда я работала в одиночестве, а он продолжал приходить ко мне, чтобы тихо посидеть рядом и как только он почти неслышно опустился у моих ног, я тут же по привычке запустила пальцы в его кудрявые волосы, перебирая подушечками шелковистые прядки.

Это было сродни медитации и судя по прикрытым глазам Сахи, для него тоже. Сахи очень ласковый, тактильный. Не думаю, что дело именно во мне, хотя утверждать и не берусь, может ему просто хорошо рядом со мной и от таких мыслей хорошо уже становилось мне.

Спустя время тишины и активной мозговой деятельности, я со вздохом отложила свои записи. Ситуация складывалась неплохая, если мужья будут продавать все в тот же день. Но чтобы выйти на прежний уровень, нам необходимо больше готовых продуктов или же ездить в соседний город каждый день. Радовало, что артефакт на котором двигалась повозка регулярно заряжал Микайя, иначе бы наши поездки так же быстро бы завершились.

Уставившись вдаль, где не так уж давно село солнце, перевела взгляд на огонь, что освещал мне обзор вместо ночника.

Сахи под моими пальцами расслабился и улегся затылком на колени, прикрыв глаза.

Переведя взгляд на его лицо, я рассматривала мужчину. Вот так, расслабленный, без опасливого блеска в глазах, без робости, он выглядел особенно привлекательно. Чувственный рот, длинные ресницы, милые веснушки на бронзовой коже. Пальцами левой руки я коснулась его виска. Аккуратно и невесомо. Сахи не вздрогнул, но напрягся, расслабленность слетела с его тела.

Выдохнув тяжело, я проскользила костяшками пальцев по очерченной линии скул вниз, потом вверх, провела по искривленному носу, где я с неудовольствием отметила, что не буду ничего исправлять, так как здесь было все как в моем мире, чтобы исправить перелом, надо снова сломать кость. И если провернуть все это я могла бы и Сахи бы ничего не почувствовал, то для себя я понимала что не смогу. А рухнуть в обморок в момент, когда буду ломать кость, такое себе. Даже сейчас от мысли об этом, ощутила мороз по коже. Даже поежилась зябко. Но Сахи нормально дышал, поэтому, острой необходимости в исправлении искривления не было.

Чтобы отвлечься, я опустила руку к его шее, забравшись пальцами под ворот плотной туники.

Стоило моим пальцам коснуться горячей кожи, как Сахи резко распахнул свои светло-карие глаза, смотря на меня снизу вверх. Его дыхание было немного прерывистым, а сам он дышал через приоткрытые губы.

Не спокоен уже.

Как и я. Мне хотелось поцеловать его, ощутить снова его мягкие губы и не отстраниться сразу, а задержаться, чтобы почувствовать отклик его тела.

Видимо я слишком долго рассматривал его. Сахи сглотнул ощутимо, но взгляд не отвел. Так и смотрел на меня в ответ.

И что-то было такое в его взгляде нежное и одновременно жаждущее.

Я тоже сглотнула, а потом склонилась к нему, не спеша коснувшись его губ своими. Мои ладони легли на его лицо, покрытое колючей щетиной.

А когда вдохнула его резкий выдох, по телу пробежала сладкая судорога, после чего, прикрыв глаза, я поцеловала его более чувственно, захватывая своими губами сперва нижнюю губу, затем верхнюю. Мой язык следует за губами, а Сахи, сперва растерявшись и не отвечая, все же расслабляет губы и вот наконец, я чувствую отклик. Робкий, неуверенный. Я выпиваю его дрогнувшее дыхание и еще сильнее усиливаю напор. Я хочу его, застенчивого, милого, неуверенного, отвечающего мне.