Онлайн книга «ЛЮМО»
|
— А ты? Проводник? Ангел смерти? – Аника присела на корточки и погладила своего стремного кота. Существо ластилось и, если не обращать внимание на его внешний вид, выглядело сносно для прогулок по бездне. – Пойдём? Устрой экскурсию. – Кот завалился пухлой шеей на землю и стал глупо дёргать культяпками в воздухе. Никак не мог подняться. – Господи… Давай, дружище. Поставив названного Мявчиком на лапы, Аника пошла вдоль канала, осматривая разрушенный центр Санкт-Петербурга. Палатки с сувенирами распластались по округе, все поваленные и кривые. Под ногами дребезжала острая крошка от стаканов, магнитов и колокольчиков. — Я здесь впервые, но, вдруг, местные власти добрее относятся к праведным россиянам? Надо обозначиться. – Отряхнув дешёвую шапку-ушанку с эмблемой двуглавого орла, что продавали на каждом углу в больших городах, Аника быстренько напялила её на себя и пошла дальше. Ярко-розовая шапка пахла синтетикой, но приятно щекотала лоб. О такой райской тишине можно было только мечтать: из выбитых окон не слышалась бытовая ругань, а на автострадах замерли автомобильные волдыри. А те, что лопнули, как, например, этот новенький Land Rover – почернели и явно в прошлом сгорели в собственном гное из огня. Проходя мимо Русского музея, Аника воображала звуки: как перекладывают буклеты или каждое утро контролёр открывает окна, чтобы проветрить помещения. Стуки каблуков и даже с каким надменным скрипом кивают якобы просветлённые от одной статуэтки умы. — Как думаешь, заблудшие души могут здесь ходить на выставки? А в театр? Мявчик то ли мекнул, то ли так подавился воздухом – неизвестно. От таких существ можно ожидать всё что угодно. Аника усмехнулась и, раскинув руки по сторонам, запрыгнула на скамейку. — Как же хорошо быть мёртвой! Можно бесконечно гулять, рассуждать и наслаждаться покоем! – Она закружилась, представляя себя балериной на сцене, что обменяла свою балетную пачку на кусок сырокопчёной колбасы и ни о чём не жалела. – Давай со мной! Мявчик стал кружиться вокруг себя, но на третьем обороте всё-таки завалился и опять не смог встать. — Кто же тебя таким создал? Бедняга. Они пошли дальше. И от вывески слева Аника радостно захлопала в ладоши, читая: «Италика». Терраса была почти нетронутой: все столики пустовали, а тарелки так соскучились по людям, что оставленная на них еда протухла с горя. Чёрно-оранжевые диванчики ещё хранили вещи сбежавших хозяев и толстый слой пыли. Неудивительно, ведь прямо над рестораном некто или нечто снесло второй этаж. Схватив два внушительных куска засохшей пиццы, Аника забралась на небольшой гранитный столб железного заборчика и свесила ноги в канал, пытаясь разглядеть своё отражение. Сзади снова мекнуло, и согласившись, она подняла и Мявчика, усаживая его между ног. — Фу, а ты воняешь. Кот не обиделся, а с интересом стал обнюхивать пиццу. Больше всего его привлекли кружочки салями. — Хочешь? Налетай. Так и сидела умершая студентка, которую называли «молодым будущим страны», вместе со своим проводником, поедая старую пиццу. Они молчали и лишь изредка раздавался хруст теста или бульканье воды, – Аника кидала корочки вниз, воображая и запахи: горячий тянущийся сыр, помидорный соус, листочек базилика… Это могла быть прекрасная вторая жизнь. |