Онлайн книга «ЛЮМО»
|
— А чего у вас так много попугаев? Орут постоянно. Тупые какие-то. Или они тут святые? Вы ухаживаете за ними, да? – рядом со стариком стояла плетёная корзинка. – Охренеть не встать, у нас в России птичники так пафосно не одеваются. Хм, а у нас вообще есть птичники?.. Не, я всё понимаю. Мне бы такого попугая, хоть не так скучно будет дома. О, а это что? Выкурив половину сигареты, Рэймонд схватила цепочку с крестом на груди старика и внимательно повертела золотое украшение. Ей показалось, что оно какое-то массивное и грубое по краям. — Подделка. Зуб даю. На самом деле Найра хотела помочь бедняге, которого обманули. Старик схватился за сердце, разинув рот. — Чего? У меня золотых брюликов никогда не было, но это всё, – золотой крестик трясся под носом деда, – неправда. Зачем носить ненастоящее? Найра снова отвернулась, прислонившись к стене. И лишь спустя минуту заметила, что дёрганный старикашка достал телефон и, кажется, стал снимать её на камеру! «Нельзя! Рыжуха меня убьёт, если видео попадёт в сеть! Опять накажут и запрут. Зачем он меня снимает? Я попалась!» Как же она разозлилась от обиды – и минутку нельзя передохнуть. Засучив подол платья, Найра грозно наклонилась к побледневшему носу, похожему на картошку. — Алло, приём! Кто дал разрешение? Меня нельзя снимать. Каков наглец! — Scusa, scusa…7[1] — Как ты меня назвал?! Ну всё… Я тебе устрою Пасху. Все яйца отобью! Сначала лёгкими шлепками она стала бить испуганного мужичка по плечам. Затем, выхватив телефон, разбила его о стену. — Non arrabbiarti, per favore! Non volevo…8[1] — Ещё раз увижу тебя тут, гнев Светочи обрушится на твою семью! А потом придут чудища и погрызут твои коротенькие ножки. Никакой крест не спасёт! – потушив сигарету о шляпу наглеца, Рэймонд ухмыльнулась. Боязливо закивав, да так, что все старческие складки затряслись, старик побежал куда подальше, заваливаясь на ходу. Для избранной настала пора блаженного покоя. И длилась она ровно шесть минут. Сначала сбоку послышался стук сапог, а потом показалась Пехотная когорта швейцарской гвардии: полосатые красно-сине-жёлтые камзолы и подхваченные под коленями брюки, панцири, алебарды и шпаги. И во главе, словно средневековой армии, стоял герр Циглер, чуть ли не пылая от гнева: налитые кровью глаза, недовольный оскал и сжатые кулаки. — Рэймонд! Найра так и замерла, не в силах даже попятиться. Тон Зейна сулил большие неприятности. — Бонжур… – пропищала она, пытаясь улыбнуться как можно невиннее. Тишину нарушил дикий смех бешеного койота – пришедший Кагай вытирал слёзы по уголкам глаз, держась за живот. Его почти что выворачивало от нового приступа. — Кончай ржать, Третий, – прошипел Зейн. – А ты! Я тебя убью! — За что? – отмерла Найра, вытягивая руки в мирном жесте. Вновь захохотавший Кагай махнул рукой и попытался примирить своего руководителя: — Да ладно, ну, с кем не бывает… — Ни с кем, Третий! – герр Циглер зашагал к самой несносной девчонке во всём мире, чуть ли не выплёвывая каждое слово. – Как ты могла нагрубить Бенедикту XVI, восстановившему Орден Иезуитов, нашему уважаемому другу?! — Я не знала, что он рыцарь! Кагай с силой закрыл рот ладонями, чтобы сдержать новый приступ смеха. Наклонившись к необразованной, Зейн впился в неё остервенелым желанием придушить. Снова. |