Книга Боги и чудовища, страница 45 – Шелби Махёрин

Для огнедышащего дракона.

Я закрыл глаза. Черт.

Времени не оставалось. Нужно было действовать. Приготовившись к грядущему, я собрал в руку золотые нити. Но потянуть их не успел – дракон фыркнул и окутал нас дымом. Я поднял взгляд. Сквозь завесу я различил иное пламя, поменьше. Прищурившись, я внимательнее присмотрелся. Никакое это не пламя, а волосы. Рыжие волосы. Это был человек.

Мне улыбнулась сидевшая верхом на драконе Серафина.

Земля содрогнулась, когда зверь с громким ревом приземлился и вскинул огромную голову. Пара секунд, и вот уже его рога превратились в лавандовые кудри, а хвост – в черный атлас. Рептилия моргнула, и ее глаза стали карими, а аметистовые чешуйки обернулись кожей.

— Тьерри, – раздался низкий, с хрипотцой голос.

Зенна подхватила Серафину и мягко поставила ее на ноги. Превращение закончилось. Они поспешили к своему другу. Я уставился на них, разинув рот. Впрочем, как и все остальные. Даже Николина.

«Зенна. Серафина».

Тьерри подбежал к Серафине, распростершей руки. Он подхватил ее и закружил.

«Вы здесь».

— И ты здесь. – Зенна выглядела недовольной. – Представь, как мы удивились, когда Клод наконец почувствовал тебя, но где! На севере Бельтерры, а не в туннелях, в которых мы искали тебя несколько недель. – Она схватила его за руку. – Как же мы волновались, Тьерри. Где ты был? И где Тулуз?

Тьерри помрачнел.

Я поднялся и потянул за собой Николину.

— Ты… ты же…

— Дракон, да. – Зенна смиренно вздохнула, и из ее носа вырвался дым. Осмотрев Тьерри, она небрежно отерла кровь с губ. Сегодня она накрасила их золотом в цвет узорам, вышитым на платье. – Здравствуй, Алая Смерть. Осознаем новость вместе? Вперед. Минутка найдется.

— За минутку такое не осознать! – Бо, пошатываясь, встал и тщетно попытался отряхнуть штаны. – Просто… невероятно. Мы же постель делили, а ты даже не обмолвилась об этом! Я спал с драконом! – Он посмотрел на меня так, словно я не услышал его, и распростер руки. – С настоящим драконом!

— Что? – Коко подскочила с невероятной прыткостью.

Бо тут же вскинул руки перед собой.

— Между нами ничего не было.

Когда Коко жутковато сощурилась, Бо попятился ко мне. Я не обратил на него внимания. Николина отошла в сторону, и я хмуро дернул ее к себе.

— Я замерз, – продолжал оправдываться Бо, – а Серафина предложила свое место.

Серафина положила голову на плечо Тьерри, не выпуская его руки. Он нежно сжал ее ладонь. Они были словно брат и сестра.

— Иногда по ночам я не могу уснуть, – сказала она.

— Да-да, – закивал Бо. – Серафина необычайно добра. Тогда она мне даже почитала, пока я не…

— Неужели? – Коко хлопнула в ладоши с устрашающей улыбкой. – Расскажи еще. Поведай мне о той холодной ночи, что ты провел между Зенной и Серафиной.

— Ну, я потом уже согрелся, – возразил Бо, либо не осознавая гнева Коко, либо желая непременно доказать свою невиновность. – Проснулся от жары. Чуть от теплового удара не помер. Ужас.

— У меня и правда температура выше, чем у людей, – сказала Зенна.

— Видишь? – Бо снова кивнул, словно все уже разрешилось. Я же покрепче затягивал путы Николины. – Давай, Зенна, скажи ей, что между нами ничего не было.

— А это важно? – Зенна вскинула бровь.

— Да, Борегар, это важно? – повторила Коко и тоже изогнула бровь.