Книга Боги и чудовища, страница 27 – Шелби Махёрин

Мы молча изучали маяк.

Он рос из земли словно крючковатый палец, указывающий ввысь. Одинокая каменная башня. Грязная. Полуразваленная. Темный силуэт на фоне рассветного неба. Огонь в чаше под наклонной крышей не горел.

— Конюх сказал, что маяк больше не зажигают, – тихо произнесла Селия.

Я не стал спрашивать, почему она шепчет. Волосы на шее у меня почему-то встали дыбом. Тени здесь, казалось, были плотнее обычного.

— Конюх много болтает. – Бо нервно на нас взглянул. Он обнимал Коко за талию. – А мы… Кто-нибудь вообще видел этого кошмара?

— Я же сказала, – произнесла Селия, – это был огромный неуклюжий зверь с когтями и зубами и…

— Милая, нет. – Бо выдавил улыбку и вскинул руку. – Я имел в виду… – Секунду он пытался подобрать верные слова и потом пожал плечами. – Кто-нибудь еще видел кошмара? Кто не убегал при этом с криками и воплями?

Коко одарила его улыбкой. Радостной улыбкой, такой неуместной на ее мрачном лице. Вздрогнув, я вдруг понял, что вообще не помню, когда она искренне улыбалась в последний раз. Да и улыбалась ли вообще когда-нибудь? Видел ли я это? Когда Коко ущипнула Бо за ребра, он взвизгнул и опустил руку.

— У тебя у самого красивый фальцет, – сказала она. – Я уже почти забыла, как он звучит.

Коко улыбнулась еще шире, видя его возмущение и изумление, но ее храбрость казалась очень шаткой. Хрупкой. Мне не хотелось видеть, как она разбивается на кусочки.

— Помнишь ведьму на Модраните? – спросил я Бо, похлопав его по плечу.

— Мы не говорим о ней. – Он поджал губы.

— Я помню. – Коко с благодарностью на меня посмотрела, но признательность в ее глазах исчезла так же быстро, как и появилась. Она была так мимолетна, что, возможно, мне просто почудилось. – Ей очень понравилось твое выступленьице, да?

— Я прекрасно пою, – фыркнул Бо.

— Ты прекрасно танцуешь.

Я невольно рассмеялся.

— Помню, как Бо убегал с криками в ту ночь.

— В чем дело? – Он смотрел на нас, тревожно насупив брови и сморщив нос. – Что тут происходит?

— Она же сказала, как выглядит кошмар. – Коко не смотрела на Селию, да и вообще никак не замечала ее, но я подозревал, что только такое извинение Селия и может от нее ожидать. – Не будь ослом. Послушай ее.

Страдальчески вздохнув, Бо оглянулся на Селию. Она слегка выпрямилась.

— Прошу прощения, мадам, – пробурчал он сердито, как капризный ребенок. – Я хотел спросить, а сражался ли кто-нибудь с кошмаром? Эти знания могли бы помочь нам остаться целыми и невредимыми, и возможно, наши головы не бросят в море.

— Этого ты боишься? – Лу склонила голову, изучая Бо. С тех пор как мы добрались до маяка, она стала необычайно молчалива. Тиха. До этой минуты она все время смотрела на мрачные тени у башни. – Лишиться головы?

Хмурый Бо посмотрел на не менее хмурую Лу.

— Я… ну это вряд ли будет очень приятно.

— Но боишься ли ты этого? – настойчиво спросила она. – Видишь ли ты это в своих снах?

Бо усмехнулся, услышав ее странный вопрос, и даже не стал скрывать раздражение.

— Покажи мне хоть одного человека, который не боится лишиться головы, и я покажу тебе лжеца.

— А что? – Коко прищурилась. – В чем дело, Лу?

Лу снова перевела взгляд на тени. Она пристально смотрела на них, словно пыталась разгадать что-то. Словно слушала молчаливый язык.

— Кошмар показывается каждому по-разному, принимая облик наших самых сильных страхов, – объяснила она небрежным и рассеянным тоном.