Книга Боги и чудовища, страница 213 – Шелби Махёрин

«Накажу ее».

Клод повернулся и исчез за деревьями, не сказав больше ни слова. Слишком поздно я поняла, что должна пойти за ним. Я почти наверняка знала, что Клод будет делать – он ведь был богом, а Моргана использовала его. Он предупреждал ее – сама Триединая богиня лишила ее силы, – но Моргана не послушала. Она не отступила. Моя битва стала их битвой. Клод приведет меня к Моргане, и вместе мы сможем…

Рид потянул меня в другую сторону, где столпилось много людей.

— Нам нужно увести всех отсюда.

— Что? Нет! – Я замотала головой.

Без Клода, который мог бы нас защитить, давка возобновилась.

— Нет, нам нужно найти Моргану…

— Лу, оглянись!

Рид не осмелился выпустить мою руку, даже когда люди неподалеку кинулись прочь от Алой дамы, вырвавшей бьющееся сердце из груди мужчины. Они стучались в витрины лавок, умоляя впустить их, но торговцы запирали двери. По обе стороны улицы кровавые ведьмы резали себе руки. Там, где пролилась их кровь, черные виноградные лозы вились ввысь, вырастая в густую живую изгородь. Баррикаду.

— Людям некуда бежать. Они невиновны. Ты слышала Моргану. Она не остановится, пока все не погибнут.

— Но я…

— Клод – бог.Если он намерен убить Моргану, он убьет ее. Нам нужно помочь людям и не дать им пострадать.

Моя магия пульсировала под кожей, призывая меня прислушаться. Пойти с Ридом. Он был прав. Да. Разумеется, он был прав.

Бросив последний тревожный взгляд вслед Клоду, я кивнула, и мы побежали к отцу Ашилю и Габриэль, сестре Этьена, которые оказались в ловушке в кольце виноградных лоз. Кровавая ведьма стягивала шипастые лозы вокруг них. Позади них Селия вела Виолетту и Викторию в ближайшую лавку – кондитерскую, которой владел не кто иной, как Иоганн Пан.

Он выскочил на крик Габриэль на улицу со скалкой, крича и дико размахивая ею. Он ударил кровавую ведьму по голове, и раздался мерзкий хруст. Ведьма рухнула, ее лозы сморщились, а отец Ашиль и Габи оказались свободны.

— Быстрей, быстрей! – Пан поманил Габи к себе. Рид, Жан-Люк и отец Ашиль подтянулись следом. Как и другие ведьмы, не сводившие взглядов с трех маленьких девочек. Казалось, они все еще хотели уничтожить отпрысков Лиона, пусть даже Огюст был уже мертв.

Сделав глубокий вдох, я потянула за узор. Он замерцал и накрыл кондитерскую куполом. Такая же защита висела над Шато ле Блан, над дверью в сокровищницу замка. Это была частичка моей магии – частичка каждой Госпожи Ведьм из тех, что были до меня. Она покинула мое тело, и белые узоры потускнели. Совсем чуть-чуть. Моя связь с ними ослабла. Но жертва того стоила.

Никто больше не войдет в кондитерскую, кроме тех, кому я разрешу. Я поймала Габи за руку, когда она проходила мимо, и крепко сжала ее.

— Оставайся в лавке, – сказала я ей. Затем посмотрела на Виолетту и Викторию. Сестер Бо. Единокровных сестер Рида. – И вы тоже.

Габи и Виолетта горячо закивали, но мне не понравился упрямо вздернутый подбородок Виктории. Селия втолкнула всех троих в лавку, а затем пропустила следом какую-то истеричную парочку.

— Все, у кого есть клинки, – уничтожайте баррикады! – Отец Ашиль указал на колючую изгородь. Горстка шассеров сражалась с ведьмами, пытаясь оттеснить их назад.

— У нас нет клинков, – сказал испуганный мужчина, проталкиваясь вперед.