Книга Боги и чудовища, страница 146 – Шелби Махёрин

— Чашку ромашкового чая, моя дорогая.

Когда Манон растерянно моргнула, я пояснила:

— На кухне. Завари себе чашку ромашки. Она успокоит твои нервы и поможет заснуть.

Сделав еще один реверанс и поблагодарив меня, Манон ушла, а я прислонилась к ближайшей стене.

— Твою же мать, – выдохнул Бо.

— Это было невероятно,– сказала Коко.

— Отпусти меня. – Рид быстро разорвал хватку Жан-Люка и яростно посмотрел на него. Горло его сжалось от напряжения. – Она была тут одна. В нашей власти. Оставалось лишь нанести удар…

— И дальше что? – Всплеснув руками, я заковыляла к нему. – Каков следующий шаг в твоем гениальном плане, шасс? Спрячем ее тело, чтобы кто-нибудь на него наткнулся? В шкаф ее запихнем? Нельзя так рисковать! Никто не должен узнать, что мы здесь!

— Ты ставишь под угрозу наше задание, Рид, – мрачно согласился Жан-Люк, – и подвергаешь всех опасности. Слушайся ее, или я вырублю тебя.

Рид подошел к нему вплотную.

— Хотел бы я на это посмотреть, Жан.

— Ой, заткнись, или в чертов шкаф я запихну тебя. – Окончательно потеряв терпение, я с шарканьем развернулась и снова заковыляла по коридору. – Мы и так потеряли здесь много времени.

Рид последовал за мной в угрюмом молчании.

Рид

Шато ле Блан был настоящим лабиринтом. Тогда на Модраните дальше Большого зала я не ходил, и сейчас мне лишь оставалось следовать за Лу. Лу. Она не сказала мне, кто она такая. Конечно, нет. Она не созналась, что унаследовала силу своей матери – что стала Госпожой Ведьм.

Лу с трудом поднималась по шатким ступенькам. Коко и Бо поддерживали ее. Их фигуры оставались темными. Неестественными. Как тени.

— Ты всегда можешь изменить облик обратно, – пробормотал Бо, подхватывая грузную Лу, когда та споткнулась.

— Так лучше. Если мы встретим кого-нибудь, они не станут присматриваться.

Лестница вилась вверх по узкой башне. Потолок местами обвалился. Как и в Большом зале, погода сделала свое дело. Снег мягко падал в комнате наверху, потрескивал украшенный резьбой камин. Отблески огня танцевали на гобеленах с изображением волшебных зверей и прекрасных дев – казалось, все они следили за нами, когда мы проходили мимо. Готов поклясться, что одна из прелестниц даже вытянула элегантную шею.

— Это личные покои Морганы. – Лу указала на деревянный стол в углу.

Писчее павлинье перо само по себе царапало пергамент. Падающий снег не испортил ни бумагу, ни ковры, ни гобелены, как и декоративную резьбу на дереве. Он просто растворялся в теплом, ароматном воздухе. В углу арфа сама собой тихонько перебирала струны.

Выглядело это весьма жутко.

— Ее спальня тоже находится в этой башне. – Лу указала на комнату за арфой. – И часовня. Она запрещала мне входить в эту часть замка, но я все равно пробиралась сюда.

— А сокровищница? – спросил Жан-Люк.

— Прямо над нами. – Шаркая, Лу подошла к книжному шкафу рядом со столом и принялась изучать стоявшие на полках книги. Она сосредоточенно нахмурила седые брови. – Дверь где-то… – Ее пальцы замерли на древней книге, переплетенной в черную ткань. На корешке золотыми буквами было написано: «L’argent n’a pas d’odeur»^[21]. Лу постучала по книге и лукаво улыбнулась. – Здесь.

Лу потянула книгу к себе, и вся стена заскрипела. Лязгнули шестеренки. И книжный шкаф… распахнулся. За ним оказалась крутая узкая лестница, исчезавшая в темноте. Лу слегка поклонилась, все еще улыбаясь, и щелкнула пальцами. В воздухе разлился аромат магии – сейчас он был сильнее, – и у лестницы вспыхнул факел.