Книга Боги и чудовища, страница 115 – Шелби Махёрин

— О, на берегу. Поговорим об этом счастливом совпадении чуть позже. Давайте сначала отужинаем.

Исла кивнула тритону в ливрее, и тот поспешил отодвинуть ей трон. Ее платье, полностью сшитое из длинных сверкающих нитей жемчуга, тихо звякнуло, когда она садилась. Остальные придворные тоже сели. Она щелкнула пальцами, и аристократка справа от Коко без единого слова вскочила на ноги, уступив свое место Анжелике.

— Вы уже попробовали соленый морской салат?

— Да, ваша светлость. – Я тоже села на свое место, вытирая под столом ладони о платье. – Он был на вкус… – Воды не позволяли мне солгать. – Весьма необычен.

— Прошу, Луиза. – Исла улыбнулась шире, и мне невольно вспомнились акулы. Я стиснула подол, мысленно ругая себя. – Мы ведь в кругу друзей. Хитрости и увертки сейчас ни к чему. Что ты думаешь о салате на самом деле?

— Я рада, что попробовала его.

— Рада, – медленно и с любопытством протянула Исла. – Полагаю, это еще не худший ответ. А я рада, что для тебя салат оказался… как ты выразилась? – Она постучала пальцем по губам. – Необычным. А теперь… – Она щелкнула пальцами. – Унесите этот салат. Мне надоела его вонь.

Слуги засуетились, убирая со стола все тарелки с морским салатом.

— S’il vous plaît^[16], – сказала Исла прежде, чем слуги успели убрать тарелки. – Я жажду сегодня чего-нибудь покрепче. Принесите neige marine^[17] для наших необычныхгостей.

А может, ее голос все же не был таким уж успокаивающим.

Ладони у меня вспотели еще больше.

Мы сидели в неловком молчании, пока по столу передавали новые блюда. Исла, казалось, ничего не замечала. Она просто продолжала улыбаться, пока слуги ложками понемногу накладывали на каждую тарелку какое-то серое липкое вещество. Исла поднесла кусочек к губам и замерла, оценивающе окидывая взглядом зал и желая убедиться, что она привлекает всеобщее внимание. Разумеется, так оно и было. Все мелузины смотрели на нее как на светило. Исла со смехом взмахнула изящной рукой.

— Ешьте, mes enfants^[18], и веселитесь.

Ее дети подчинились, и вскоре тишину заполнили тихие звуки звякающих столовых приборов и приглушенные голоса. Эльвира, Леопольдина и Ласимонн тут же завели беседу с Селией, а Анжелика – с безропотной Коко. Мы же с Бо испытывали на себе пристальный взгляд Ислы.

— Скажи, – промурлыкала она, перегнувшись через Бо и взяв мою липкую от пота руку. Бо напрягся, но возмущаться не стал. – Что последнее ты сказала Риду?

Я удивленно оторвала взгляд от своего neige marine.

— Простите?

— Последние слова, которые ты сказала своему любимому. Какие они были?

— Я… – Взглянув на Бо, я нахмурилась. – Я не помню.

Исла лукаво улыбнулась.

— А ты постарайся.

Чувствуя себя все более неуютно, я сосредоточенно пыталась вспомнить свои слова. И тяжело вздохнула, когда разговор всплыл в памяти.

— Я сказала: «Или я убью свою мать, или она убьет меня. Другого пути нет».

Ее улыбка. Взгляд. То были вовсе не безмятежные воды, а штиль посреди урагана. А может, и сам ураган. Нутром я почувствовала, что любезности кончились. Исла выпустила мою руку и села обратно, промокая губы салфеткой.

— И ты в это веришь?

— Иначе я бы не сумела это сказать.

Под столом Бо снова наступил мне на ногу.

— И… ты помнишь последние слова Рида? – хитро спросила Исла.