Книга Призрачная невеста, страница 231 – Шелби Махёрин

Я отбросила желание топнуть ногой. Он, кажется, не понимал, что я не буду – не смогу! – жить без него. Уж лучше я сама пересеку реку, чем вернуться Невестой Смерти.

— Мы уже это проходили, – сказала я твердо. – Сколько раз ты видел, как я латала завесу? Я могу затянуть любой разрыв, который создаю. Могу остановить болезнь до того, как она станет постоянной, а значит…

А значит…

«Я могу затянуть любой разрыв, который создаю».

«Любой разрыв, который создаю я!»

Меня словно обухом ударило. Я наконец поняла!

— Ты можешь закрыть дверь, – сказала я, посмотрев на Филиппу.

Дмитрий наклонился ближе: из-за рева воды он ничего не услышал.

— Что? – спросил он.

— Ты создала эту дверь, – громко и четко сказала я, пораженно уставившись на сестру.

В груди вспыхнула искра надежды. В один миг искра превратилась в пламя. Все это время я искала способ, как спасти сестру, но оказалось… что она и есть само решение проблемы. Не ее смерть, но ее жизнь. Просто… она сама.

Филиппа знала, как управлять завесой. Она спокойно проходила сквозь нее, разрывала, когда ей того хотелось. Она могла стягивать завесу не из-за своей смерти, и сейчас ей тоже не нужно умирать. Задыхаясь от мысли, я кинулась к ней и схватила ее за руки.

— Ты создала дверь, Филиппа, ты ее и закроешь. Ты могла закрыть ее в любую секунду.

«Ей не нужно умирать».

Филиппа лишь посмотрела на меня, и в ее глазах сверкнуло знакомое лукавство.

— Да, – просто ответила она, – знаю.

Мы с Филиппой вернулись из сада одни.

И мы – каким-то образом – вернулись людьми.

Когда мы проплыли в грот, все осталось прежним: Лу и Рид сидели по обе стороны от моей матушки, а Одисса загораживала их от восставших. Смерть стоял на берегу и нетерпеливо притоптывал, словно капризный ребенок. Завидев нас, он бросился к воде. Схватил сначала Филиппу за руку, а потом и меня, вытащил нас из воды и поискал взглядом Михала.

— Итак? – грубо спросил он. – Где он?

Я упала на берег у его ног, пытаясь отдышаться после тяжелой борьбы с течением. Руки и ноги дрожали от усталости, легкие горели, горло саднило.

— Он… он отказался идти с нами.

— Что, прости? – резко бросил Смерть, и его глаза расширились. – Что ты сказала?

Почувствовав опасность, Одисса подтолкнула Лу, Рида и мою мать к лестнице, а затем подхватила Жан-Люка и Брижит, все еще лежавших без сознания. Мертвецы молча последовали за ними и окружили их, но Жнец даже не заметил. Его внимание было приковано ко мне. Его глаза потемнели, серебро в них завихрилось, как буря, разрастающаяся в небе.

«Отлично».

— Ты плохо слышишь? – спросила я. – Михал не пошел с нами.

Я не вздрогнула – не желала ничего выдавать, – а Смерть присел рядом, взял меня за ворот и подтянул мое лицо к своему уху.

— Повтори, – прорычал он.

— Он сказал «нет»!

Я жестом указала на пространство между собой и Филиппой, которой удалось устоять на ногах, хотя ее грудь тяжело вздымалась, а глаза были прищурены. Она не пыталась защитить меня, но и не присоединилась к восставшим.

— Мы вытянули Михала из реки, но он понимал, что завеса рухнет, если вернется. Я не смогла заставить его.

Скривив губы, я показала на свое человеческое тело, промокшее и хрупкое – такое хрупкое, что Михала мне ни за что было не одолеть, даже если бы я попыталась.