Книга В объятиях медведя, страница 52 – Мария Лунёва

— Тренируйся, мелкий, мясо лопать, молока мне тебе взять неоткуда.

Котейка, хозяйски промаршировав до туши, уцепился за заднюю ногу.

— Молодец, - похвалил его перевертыш, - лютым зверем вырастишь.

Горн раздался совсем рядом. Хмыкнув, Бьерн вышел, оставляя меня одну. Зажмурившись, я прикрыла глаза и попыталась уснуть. В комнате слышалась возня котёнка. В печи потрескивал огонь, а с улицы доносились разговоры. Дверь отворилась, и в избу вошёл мой медведь и ещё мужчина столь же внушительной комплекции, облачённый в одни штаны из мягкой кожи. Подойдя ко мне, грозные лесные замерли.

— Это они женщину так, - выдохнул незнакомец.

— Да, - Бьерн кивнул, - отшельника и вовсе по костям разобрали.

Лицо чужого мужчины подёрнулись, и на меня на мгновение глянул грозный чёрный медведь. Только вот страха я не испытывала. Наверное, встреть я его до всех событий, то померла бы от ужаса, а сейчас воспринимала его просто как сильного воина.

— Хорошая женщина тебе досталась, брат. И не годиться то, что эти недоноски творят на своей земле. Пора нам прибрать людское княжество к своим рукам. Лес будем расширять, а простой люд брать под свою лапу, иначе изведут они всех невест наших.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Для этого я тебе её и показал. - Бьерн зло усмехнулся. - Таким как ты и я, человеческие дочери идеально подходят. Они умеют любить и уважать, а главное, ценить нашу заботу.

— Значит, так тому и быть. Человеческие деревни отойдут во власть лесных, сначала тут, а потом и дальше. Хватит уже терпеть бесчинства их князей.

Глава 15.1

Дни бежали один за другим. Болезнь не желала отступать. Как я выжила? Чудом и ежеминутной заботой Бьерна, который, казалось, и не спал вовсе. Оборотень поил меня отварами, протирал кожу и жёг кору. Мне становилось легче. Лихорадка после двухнедельных мучений ушла.

И вот только тогда мой лесной лег рядом со мной и забылся крепким сном.

Прыгнув на перевёртыша, свернулся на его широкой спине и котёнок, громко мурлыкая.

Утреннюю зорьку сменяли вечерние сумерки.

Жизнь потихоньку налаживалась.

Бьерн обрабатывал мои ноги, лечил от грудной хвори и облегчал кашель, что душил меня особенно ночами.

Мимо нашей хижины часто проезжали отряды лесных. Война, если её можно было так назвать, сводилась к простому изгнанию князей из этих земель.

В завоёванных городах перевертыши назначали своих управленцев, которые следили за соблюдением законов.

Законов Леса!

Лишь однажды Бьерн спросил, хочу ли я вернуться в мир простого люда. Но я покачала головой. Нет, я не хотела.

Больше не хотела!

Не верила я в то, что люди смогут жить как лесные: не рваться к власти, к богатству.

Но об этом я предпочитала не думать.

Покой и тихая семейная жизнь - вот то, к чему я теперь стремилась.

Закашлявшись, я перевернулась на другой бок.

— Тебе всё не легче, - Бьерн коснулся губами моего лба. - Кашель всё не желает отступать. Надо попить немного тёплого малинового чая, Марья.

Взяв кружку из рук своего мужчины, я послушно её опустошила.

— Мне лучше, Бьерн, - шепнула я, - и ты был должен это заметить. Просто признай - ты не желаешь разрешать мне вставать и выходить на улицу самой.

— Для чего? - лесной поднял меня на руки. - Чтобы снова влипла в неприятности. Нет уж, Марья, сначала восстановим твоё здоровье.