Книга В объятиях медведя, страница 21 – Мария Лунёва

Развернувшись, он, схватив рукой метлу, вышел на улицу. А я совсем растерялась. Не то чтобы я замуж совсем не хотела, но не за лесного же.

Всё же нужно попытаться сбежать и добраться до города. Лесной, не зверь, он уж по следу меня не вычислит. Знать бы, успокоился барина сынок. Может, решит, что померла я в лесу и уберётся отсюда восвояси.

Я девка крепкая, в городе не пропаду. Устроюсь в какую харчевню: полы скрести стану да посуду драить. Какая-никакая, а копейка будет. А там, может, и жениха по себе найду, и всё у меня хорошо будет.

— О чём задумалась так крепко?

Встрепенувшись, я воровато глянула на Бьерна, зашедшего в дом с охапкой дров. Главное, чтобы о планах моих ничего не прознал он. Пусть думает, что слабая я.

— Держи, перчинка, - мне помогли сесть и сунули в руку деревянную чашку с дымящейся пахнущей травами жидкостью. - Отвар это. Пей.

Пригубив, я уловила знакомый вкус душицы.

Выпив весь отвар, я выглянула в окно. Лесной рубил дрова. Литые мышцы бугрились под кожей. Красивый мужчина. Таких здоровяков мне, вообще, никогда ещё видеть не доводилось. Наверное, встань с ним рядом, я ему и до ключицы не достану, хотя щупленькой меня, ну никак не назовёшь.

Оторвав взгляд от полуобнажённого мужчины, я перевела его на кучу моих вещей, что валялись в углу комнаты. Надобно их сложить. Без них я никуда не побегу. Мало ли куда жизнь закинет, а без сменного платья да пары чулок худо придётся.

Спустившись с печи, я сделала маленькой шажок и чуть не задохнулась от боли. Ноги, что сотней игл проткнуло. Зашипев, попыталась вернуться на место.

— И как мне это понимать, перчинка? - услышала я за своей спиной. - Я её три дня выхаживаю, ножки мазью обрабатываю, слежу, чтобы ни один волдырь раньше времени не лопнул, а ты вон что вытворяешь?

Не церемонясь, Бьерн подхватил меня на руки и вернул на печь.

— Что ты за вещами своими побежала? Нужно там что?

Я покачала головой. Страшно было на лесного взгляд поднять. Вдруг поймёт, что я задумала. Разозлится да накажет.

— Зачем ты встала? - допытывался мужчина.

— Одежду свою собрать. Это всё что у меня есть, - прошептала я.

Глава 6.2

— Да, я эту твою одежду на тряпки уже пустил. Нет там ничего приличного - лохмотья одни, - отмахнулся лесной.

Услышав такое, я вспыхнула от негодования.

— Вы права не имеете, - пропищала я. - Это моё!

— Нет, перчинка, это теперь моё. Ты моя, и тряпки твои - мои. Кое-что я сохранил, а это на выкидку. Теперь все решать буду я, твоё дело - слушаться и подчиняться.

— Нет, - яростно возмутилась я.

Не знаю, откуда только смелость прорезалась. Столько лет жила самостоятельно, со всеми несчастьями и проблемами справлялась. А теперь что? Забейся в угол и носа не кажи, пока хозяин не позволит. Ну, уж нет. Ноги вытирать об себя не дам. Что спас - благодарна, но в ножки кланяться теперь всю жизнь - это уж без меня.

— Да и не перечь, - рыкнул он, окончательно вгоняя меня в шок.

— Не командуйте, вы мне никто, - вспылила я. - Вы права не имеете.

— Замолчи и голоса на меня не повышай, - ещё строже процедил он.

— А то что? - упрямо спросила я. - Выпорите?! Или в панталоны ко мне полезете. Я одному достоинство подрезала и с вами тоже сделаю, если посмеете к чему принуждать. Не стану я насилие над собой терпеть. Пусть уж лучше свора или медведь тот дикий раздерёт, чем под одним из вас дух испустить.