Книга Невеста черного Медведя, страница 44 – Мария Лунёва

Сжав узкую шипованную дубинку, спрыгнула с телеги и как кузнечик скача, подкралась к спинам амбалов. Действовать нужно было быстро! Пока не засекли. Крепко стиснув дубинку, связанными руками прицелилась и быстро поняла, что до голов этих чугунных достану разве что в прыжке.

Мой взгляд упал ниже.

Хм. Мужчины. Ножки расставили, присели. Стоячку приняли. Ручками, лопатовидными, корпус прикрыли. А про самое ценное-то и не подумали. Вот оно, висит в штанах, - бей не хочу.

Самым подлым образом улыбнувшись, размахнулась и резко вскинула руки вверх. Дубинка прошла как раз промеж раздвинутых в боевой стойке ног ближайшего ко мне мужика.

У возницы, сидевшего в засаде в кустах и пытающегося жестами намекнуть этим деревянноголовым, что я позади, округлились глаза. Он скривился так, будто ему самому больно сделали.

Покалеченный моей рукой детина завизжал бабской трелью.

Звук был таким чистым и высоким, что птицы вспорхнули с ветвей и с позором улетели. Согнувшись пополам и прижав руки к промежности, бугай покрывал меня такими отборными словечками, что мне действительно стало его жаль. Поэтому недолго думая, я приложилась по нему дубинкой ещё раз. Из чистого милосердия. Амбал бросил на меня благодарный взгляд и смолк. Я развернулась ко второму детине.

— Не надо, - взвизгнул он, косясь на Фава.

Мой друг, осуждающе на меня глядя, схватил врага за шею и быстренько, словно щадя, чуть придушил до потери сознания.

Возница, как мудрый мужик, исчез из поля видимости.

— Страшный ты человек, Элиз, - пробурчал сохатый. - Чтобы я когда против тебя пошёл. Не, мне ещё детей делать.

— Ты мой друг, - насупилась я. - Я же тебе помочь хотел!

— Это я понимаю, но всё равно, - лось пожал плечами, - теперь у меня у самого достоинство ноет. Жестоко ты его!

— Да ладно, не так уж и сильно я приложился!

Показательно взмахнув дубинкой, я попрыгала в сторону телеги. Нужно было найти нож или ещё что. Так, с перевязанными ногами, я до лагеря не доскачу. Пока крутилась у повозки, соображая, как подняться, Фав, схватив за ноги, аккуратно стащил тела с дороги в канаву.

Развернувшись ко мне, сохатый потянулся и размял шею.

— Штаны, друг, - сердито проворчала я. - Не буду я любоваться твоим задом. У нас людей это неприлично.

— Да ладно, малой, что ты там не видал, - весело отозвался он.

Натурально зарычав, прокляла весь этот никчёмный день.

— Я всё там видел и не один раз, но не надо меня смущать своими причиндалами, - обернувшись, наградила хмурым взглядом сохатого.

— Да признайся уже, что баба, и не создавай нам проблем, - лось развёл руки и с укоризной глянул на меня. - А то достало уже за языком следить!

Сглотнув, я уставилась на друга.

Он, отвернувшись, с невозмутимым видом принялся стягивать штаны с самого крупного мужика. Покрутив в руках и убедившись, что вещь более или менее чистая, начал активно втискиваться в них.

Да!

Что на разбойнике казалось штанами, на Фавне превратилось в подштанники!

— Узкие до невозможности, - проворчал этот лось.

Вот уж точно - лось!

— Ладно, ну, отомри уже, - подойдя к телеге, он рывком затащил меня туда. - Сейчас развяжем и в лагерь.

Но возился он долго. Ножа мы так и не нашли. Но все же мучения мои были закончены, а верёвки закинуты на козлы.

— Давай, Фав, делать отсюда ноги, - растирая руки, озвучила я дельное, на мой взгляд, предложение.