Книга Космический приют для хищных растений, страница 141 – Мария Лунёва

Шорохи...

Задыхаясь, рванула на шум.

Толстые ветви, паутина и ...

— Калеб! — мой голос разнёсся сиреной. — Сюда!

Переполошенный муж тут же показался за деревьями.

— Вот это побоище! — он запустил руку в волосы, оценивая обстановку.

— Вытащи их! — меня начинало трясти. Уж такого увидеть я не ожидала.

— Спокойнее, Дали, спасать здесь уже некого, — в его голосе звучали стальные нотки.

Но это я и сама понимала, но менее жутко от этого не стало.

Мы пришли слишком поздно...

На совсем крохотной полянке, окружённой высокими деревьями, в паутине висели Лапушка и Жиря и, кажется... переваривали местных пауков.

Во всяком случае у моей мухоловочки именно они гирляндами оказались нанизаны на корнях.

Эти двое уничтожили целый паучий выводок, разорвали паутину... Вандалы зелёные...

— А вот не буду я их выпутывать, — заупрямился Калеб. — Вот пусть так и висят украшением. Вам что больше жрать некого? Или на деликатесы потянуло?

Жиря, сообразив, что сейчас кому-то влетит, попыталась кончиками корешков счистить со своих листьев всё ещё дёргающих лапками пауков размером с мою ладонь. Да только ничего у неё не выходило.

— А если они ядовитые? — пошатнувшись, я схватилась за ближайший ствол, и сама вляпалась в липкие белые нити.

— Я всю ночь сидел у постели Даллии, в то время как вы обе спокойно нежились в кадках, — муж свирепел на глазах. — После я готовил на всех завтрак, а вы набивали листья рыбьей печенью. Затем я рубил деревья для сарая, а вы опять полезли набивать брюхо. Кроме того, ещё и вляпались в неприятности и заставили Дали метаться в поисках ваших прожорливых зелёных тушек. А теперь я ещё и должен тратить время, чтобы вытащить вас из паутины? А вам не кажется, что кто-то слишком часто идёт на поводу у своей прожорливости? Вы что голодаете? Вас не кормят?

— Калеб, — мне стало не по себе. Лапушка виновато свесила ловушки, а Жиря лихорадочно счищала пауков, всё больше обматываясь паутиной. — Вытащи их, я тебя очень прошу. Они больше не...

Раздирающий грудь кашель не дал договорить.

— Если Дали поймает осложнения, — процедил мой грозный медведь, — я не знаю, что с вами сделаю. На диету с сегодняшнего дня! Увижу, что отошли от купола дальше, чем на сто метров, накажу! Полезете жрать что ни попадя — накажу!

— Калеб, не нужно так, — я попыталась его разжалобить.

— Нужно! — рявкнул он. — Ты должна сейчас быть в постели, а не торчать на улице.

— Не будь таким. Они уже поняли, что влипли.

Девочки совсем поникли. Корешки повисли, листочки опустились ещё ниже. Из одной ловушки Лапушки каким-то чудом выбрался паук и рванул счастливый на свободу.

— Нет, милая, это уже перебор, — грозно рявкнул Калеб. — А на реке они не поняли, когда тонули? А когда первый раз пережрали, и ты их отмачивала — не поняли? Или память короткая?

— Не будь таким строгим!

— Я такой, какой есть, Дали, — достав из-за пояса бластер, он, не предупреждая, принялся палить в моих девочек. У меня, наверное, вся жизнь мимо глаз пронеслась прежде, чем поняла — он сжигает залпами белые нити, что держат этих обжор в воздухе.

Пошатнувшись, я осела на землю.

— А ну, домой! И сидеть смирно, пока я не закончу со своими делами и не возьмусь за вас. Чтобы я вас в таком виде дома не видел!

Подойдя ко мне, Калеб просто подхватил меня на руки и понёс в сторону купола. Выглядел он ну просто взбешённым.