Книга Узник тумана, страница 90 – Мария Лунёва

Покачав головой, я легла и отвернулась от него.

— Сонья?

— Вы правы, вардиган. Так ведь вас все называют? Чувства – это мусор, который нужно выметать из души.

— Да, Стужа тебя раздери! – прорычал он, что зверь, и выскочил в коридор.

А я осталась одна. Вот так. Он хочет, чтобы его любили, чтобы его окружали заботой и вниманием, но сам он и слышать не желает об этих «чувствах».

Закутавшись в одеяло, я вслушивалась в женские стоны. Они пугали меня и радовали одновременно. Переворачиваясь с одного бока на другой, не могла успокоиться.

Ну что я такого ему сказала?

Откинув в сторону одеяло, села. Почему он так ведёт себя? Обняв колени, взглянула на закрытые ставни. Снова стон.

Подскочив, заметалась по комнате. Беспокойство набирало обороты.

Что там внизу?

Я не могла больше оставаться в неведенье.

Сбросив с себя тунику, надела влажное серенькое платье послушницы и тихо скользнула в коридор. Спустилась на первый ярус и замерла возле дверей в подземелье. Там было тихо, но я была уверена, что Верховная и жрицы слышали стоны рожениц.

Очередной надрывный измученный крик отвлёк меня от дверей.

Осторожно пробравшись в длинный узкий коридор, усмехнулась. Я оказалась тут не одна.

Пожилая послушница ухватила меня за руку и подтащила ближе к комнате. Мне тут же освободили место у дверной щели.

На кроватях друг против друга лежали девушки. Я хорошо их знала. Обеих пригнали сюда гуроны три года назад. Между их койками на стуле с постной физиономией сидел Фальк. Он ещё и зевать умудрялся. Рядом в тазу отжимала тряпку Светла и протирала послушницам лица. Девушки стонали и метались, корчась от боли.

Эта была страшная картина, но отчего-то я улыбнулась.

Меня мягко оттеснили от двери, и моё место заняла другая послушница.

У дальнего окна мялась Смэка.

Вид у неё был растерянный.

Ноги сами понесли меня к ней.

— Что такое, сестрица? – я сжала её ладони в своих. – Что тебе не спится?

— Папа пропал…

Услышав ответ, я чуть растерялась.

— У меня тоже папа пропал, но это ничего, – тихо произнесла я. – Главное, что мы не потерялись, правда?

Она призадумалась и закивала. Обняв, я медленно повела её обратно в комнату.

— Всё будет хорошо, – сжав её плечики, я вспомнила малышку Клэти. На глазах слёзы навернулись. Немного не дожила. Не уберегли.

— Смэка! – голос пожилого пленника за спиной оказался и вовсе неожиданным.

— Папа! – девушка вырвалась из моих рук и устремилась к нему.

Открыв рот, я медленно соображала, что к чему.

— Ты зачем из комнаты вышла?

— Тебя потеряла.

И тут я поняла, что она говорит.

Смэка разговаривает!

Я лишь жестом указала на неё.

— Здравствуй, Сонья, – Счастливчик просиял. – А я её нашёл. Верил! Меня сумасшедшим называли. А я её нашёл. Доченьку свою. Нашёл! Живую!

Кивнув, я отошла в сторону.

Провожая взглядом отца и дочь, ощутила жгучую горечь и лёгкую зависть.

Послушницы бестолково толклись у дверей, за которыми стонали наши сёстры.

Может быть, кому-то это и показалось бы диким, но только не мне. Я знала причину их любопытства. Они, как и я, боялись за этих малышей.

Хотели первыми узнать, убедиться, что они будут жить.

А если там мальчики? Это было бы таким счастьем!

Я никому не сказала о своей находке на том острове.

Зачем? Чтобы сделать им ещё больнее? Они верят, что Верховная увозила малышей в дальние селения. И пусть дальше живут в неведенье. Так лучше.