Книга Узник тумана, страница 119 – Мария Лунёва

Все смотрели!

Послушницы дрожащими ладонями утирали слёзы.

Я умерла!!!

Наконец до меня дошло, что случилось.

И стало так горько, обидно… Открыв рот, я закричала, выплёскивая всю боль, но ничего не вышло.

Я снова была нема.

Качнувшись, чтобы сбежать и не видеть всего этого, сообразила, что Лассе меня держит. Чёрный жгут тянулся от его сердца и опоясывал мою талию.

— Только я решаю, кто умирает в Тумане в моём присутствии, – услышала я его беззвучный шёпот. – Я никуда тебя не отпущу, Сонья. Ты моя душа и останешься при мне.

— Умирать она собралась! – рявкнул Рольф. – Раз я этого не видел, значит, не взаправду. Правильно я говорю, подруга?

— Правильно, – прошелестела я губами.

Наше судёнышко огибали другие.

Дети закричали и расплакались. А мне было так страшно.

Лодка возвращалась в туман.

Обернувшись, в последний раз взглянула на алое небо. Казалось, я больше никогда его не увижу. Не будет в моей жизни ни солнца, ни облаков, ни тепла.

Только туман и смерть.

Белёсая занавеса молочной мглы опустилась на землю, отрезая нас от каравана.

Меня дёрнуло и потянуло вниз. Я не сопротивлялась. Очутившись в своём теле, только и смогла что зарыдать. Это было ужасно.

Неправильно и несправедливо.

Глядя на Лассе, чувствовала такую злость, словно это он виноват во всех моих бедах. Умом понимала, что это не так, но душа обливалась слезами.

— Это всё ты, – прошептала я хрипло. – Ты виноват. Зачем ты появился? Я ведь поверила. Ты обещал, что всё будет по-другому. Что нужно забыть о своей ненависти. Что нужно найти смысл в жизни. И что теперь?

Моя челюсть тряслась. Я смотрела в его глаза и видела там только злость.

— Ты ведь даже не любишь меня. Меня никто не любит. Только этот проклятый туман. Он никогда не выпустит меня. Так что убирайтесь! Все убирайтесь из моей жизни. Мне никто не нужен! Я убью Верховную, отомщу за того, кого любила, и всё. Жизнь будет прожита не зря!

— Успокойся, Сонья, и прекрати истерику, – голос Лассе звучал ровно, казалось, он вообще не понимал, что для меня всё кончено. Или ему было всё равно.

— Я не хочу успокаиваться. Мне больно… Обидно! Ты даже не представляешь, как это страшно понимать, что они уплыли, а я возвращаюсь обратно в этот храм. Это больно! Я хочу туда, – мой голос срывался от рыданий. – Я хочу к небу, к тем красивым деревьям…

— Я сказал, хватит! – его лицо подёрнулось дымкой и изменилось. – Не рви себе душу. Это всего лишь привязка. Мы исправим это. Я знаю, что говорю.

— Ты обманываешь меня…

— Нет, – он выглядел таким злым.

— Я не верю тебе, Лассе, ты обещал…

— Сонья, – потянувшись, Рольф коснулся моей руки. – Не плачь, пожалуйста. Никто не знал, что твоя душа привязана к туману. Но Лассе говорит правду, мы найдём эту привязку и уничтожим её. Я понимаю, тебе больно. Лассе испуган, хоть и скрывает это за грубостью и злостью. Но всё будет хорошо. Я не обманываю тебя.

— Да какое вам дело до меня! – прохрипела я и отвернулась.

Меня пугала даже мысль о том, чтобы вновь поверить в своё спасение. Нет для меня ничего хорошего.

— Мне никто не нужен и мир ваш не нужен! Увидела краешек неба и ладно. Хорошего помаленьку…

— Сонья, – Лассе прижал меня к себе. – Не смей сдаваться и падать духом. Не смей, слышишь! Я увезу тебя!

— Нет!

— Если нет, значит, я останусь здесь с тобой.