Книга Узник тумана, страница 108 – Мария Лунёва

— А он смотрит в мои глаза? – я перевела взгляд на Лассе и рвано вздохнула, беря под контроль свои чувства.

— Он уже не может оторваться от них. Мой брат поглощён тобой и это необратимо.

Поднявшись, тёмный целитель зевнул, прикрыв рот рукой. Затем, потянувшись рукой, легонько потрепал моего северянина за плечо и шепнул почти беззвучно:

— Вардиган, там твоя Сонья плачет…

Я возмущённо взглянула на варда. Он только и успел, что поднять указательный палец вверх, призывая меня к терпению.

— Что? – Лассе подорвался и не особо понимая, где он и что от него хотят, уставился на меня. Казалось, он ещё спит. Проморгавшись, он упёрся руками в столешницу и тряхнул головой.

— Пойдём спать, Лассе, – тихо позвала я, признавая, что этот мужчина мне не безразличен. – Оказывается, без тебя очень холодно.

Выпрямившись, он с неким недоверием взглянул на меня, а затем на Фалька.

— Я говорил тебе, иди отдыхать, ночь поздняя. Дождался, что твоя девочка сама за тобой явилась. Ночью, босая и в тунике.

Лассе немного заторможено перевёл взгляд на мои ноги и улыбнулся.

Ближе к рассвету в мареве сумрака прозвучал отчаянно громкий мужской крик. Подскочив, я было сорвалась с матраса, но была поймана за талию Лассе.

— Кричали, – выдохнула я.

— Я слышал, – поднявшись, он на мгновение прижал меня к себе и потянулся за штанами. Быстро надев их, северянин покинул комнату.

Постояв немного, я последовала за ним, спешно накинув прямо на тунику свободное серое платье.

Спускаясь по лестнице, старалась не попасться никому из вардов.

Двери в подземелье оказались распахнуты. Возле входа стайкой толпились послушницы. Волосы растрёпаны со сна, кое на ком вместо платья покрывала на плечах. Женщины испуганно переглядывались.

Подойдя ближе, обратила внимание на Светлу. Она замерла в проходе и, кажется, не решалась войти внутрь.

Что же, значит, это сделаю я.

Аккуратно протиснувшись вперёд, я скользнула на ступеньки и смело пошла вниз, ориентируясь на знакомые мужские голоса.

Все варды были там.

— Кто за ним следил? – рычал Лассе. – Фальк, ты был в дозоре, как он прошёл мимо тебя?

— Я не спал, но коридоры были пусты. И я не знаю, кто приглядывал за этим мальчишкой.

— Да никто, кому этот полоумный нужен?! – лениво отозвался Хаук.

Подойдя к перилам, я взглянула вниз.

Варды стояли на втором ярусе. Ниже в ритуальном зале подальше от алтаря жались жрицы. Былой холености в них не осталось. Серые осунувшиеся лица, крысиные глаза злобой блестят. Подальше от них на коленях стояла Верховная. А на алтаре…

Я знала этого молодого мужчину. Поняла кто это даже со спины. Пленник, тот самый безумец!

— Что, карга, – рявкнула я, привлекая внимания Верховной, – оказывается, твой алтарь не одними послушницами сыт?

— Сонья! – услышав Лассе, я вздрогнула, но страх не показала. – В комнату…

— Конечно, – мои губы тронула улыбка, – на мягкий матрас да к сытному обеду. Не жизнь, а праздник.

Верховная, молча, прожигала меня взглядом.

— А ты помнишь, карга, что говорил мой отец перед смертью? Нет? А я да! Всю жизнь его слова в сердце хранила, верила в них как в пророчество.

Верховная продолжала молчать, а вот жрицы насторожились. Да, многие из них в ту ночь раскладывали хворост вокруг деревянного столба.

— Он сказал, что я твоя погибель, старуха. И знаешь, я уже выторговала твою смерть. Она мне дёшево встала!