Книга Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии, страница 92 – Мария Лунёва

— Я больше не наследница. Теперь я — никто! — пробормотала, ощутив себя словно эмоционально обнаженной.

— Не лукавьте, Бель. Вы — будущая королева. Перевесь мой портрет любая другая студентка, этого даже не заметили бы. Но вы... Он так кричал! Грозил мне всеми карами, на какие только способен некромант. И все потому, что вам могло что-то угрожать. Даже не угрожало, а только могло! Если у вас с принцем кое-что общее.

— Что же? — я заинтересовано взглянула на профессора Глински.— Тоска. Ваши глаза — бездна одиночества. И его, и твои, дитя. Он готов собирать всех бастардов своего отца, ты — своего. И цель у вас одна: хоть немного перекрыть пустоту в душе.

Смутившись, я отвернулась. Леди Барбориса уже и вовсе прижимала голову Матеуса к своей внушительной груди...

Внезапно музыка смолкла и в воцарившейся тишине отчетливо были слышны удары каблуков сапог нового гостя. Незваного и неприглашенного. И явился он не через окно, а через дверь. Хлопнув ею так, что стекла задребезжали.

Гость был зол. Отыскав в толпе призраков меня, он нахмурился.

— Кошмар! — взвизгнула за его спиной Майка, подлетев к потолку. — Моего будущего жениха уводит какая-то буренка в красном! А я говорила, торопиться нужно! Ты глянь, я же только отвернулась, а он себе уже другое приведение завел. Изменщик!

— Кажется, сейчас будет весело. Гвоздь программы, я бы даже сказал, — зашептал за моей спиной старичок со скрюченными пальцами. — Леди Барбориса и при жизни за такие оскорбления космы выдергивала, а тут посмертно оскорбили.

Сглотнув, я уставилась на брата. Матеусу поведение Майки не понравилось. Выпрямившись, он вытащил изо рта розу, потянулся и что-то прошептал на ушко сегодняшней даме сердца.

О, на леди Барборису в этот момент было страшно смотреть.

Я даже и предположить не могла, что призраки способны краснеть от гнева. А она просто раздувалась и все больше походила на помидор. Очень и очень зрелый.

Матеус улыбнулся и продолжил что-то мило и весьма интимно щебетать. Леди в красном на мгновение замерла, приподняла бровь и залилась румянцем. Мило засмеялась и, кажется, забыла о существовании Майки.

— Все веселье испортил. Дипломат доморощенный, — послышалось старческое брюзжание за моей спиной.

— Я же говорю, мальчик — прирожденный знаток душ. Такой талант!

— Дункан! — воскликнула наша неупокоенная головная боль. — Он... Он сейчас, что меня бросил? Меня ради нее?!

— Уймись и вспомни о манерах, — дается мне, профессору Рамирье поведение сестры не пришлось по душе. — Мы все-таки с тобой на бал пришли. Развлекайся.

С этими словами он двинулся в нашу сторону, оставляя надутую и недовольную сестру одну. Та, высокомерно задрав нос, зыркнула на своего изменника, фыркнула и бросилась вслед за братом.

— Вот будет умолять меня о свидании — не пойду! — донеслись до меня ее причитания. — И замуж за него не пойду. И вообще, даже в сторону его не посмотрю.

— И не смотри, — кивнул Дункан, — и замуж не ходи.

— Ты должен быть на моей стороне, — заканючила эта неугомонная. — Я, может, впервые в жизни чувства испытываю...

— Какие? Желание оттаскать за волосы соперницу? — в голосе профессора Рамирье звучало раздражение. — В высшем свете так себя не ведут, Майя. Расчет, коварство и мстительность — вот чем ты должна руководствоваться. Выгадаешь нужный момент и расквитаешься за обиду сполна. А пока улыбайся. Всему тебя еще учить придется.