Книга Беглянка ночного короля, страница 129 – Мария Лунёва

Разомкнув веки, я уставилась в окно. Красные черепичные крыши вдалеке. Чистое голубое небо…

— Проснулась? – появился надо мной Шай. – С добрым утром, моя прелесть.

Моргнув, я, наконец, сообразила – постоялый двор.

— Угу, с добрым утром, – промычала я, зевая. – А кто здесь сейчас был?

— Девушка из таверны принесла нам обед. – Шай загремел тарелками. – Завтрак мы с тобой благополучно проспали.

Он вернулся, сел на край постели и, протянув руку, пригладил мои распушенные волосы. Его ладонь скользнула ниже – одеяло медленно сползло с моих плеч.

Я смутилась, но мешать мужу не стала.

— Ханна, а что говорят хорошие жены своим супругам с утра?

В его теплых карих глазах разгорался озорной огонек.

— М-м-м? – промычала я, чувствуя, как пальцы Шая скользнули по моей шее. – Так день уже, – пролепетала я, отводя взгляд.

— Хан-на!..

В его голосе послышалась настойчивость.

— Наверное, они желают доброго утра, но я ведь пожелала…

— Не то. Подумай еще, – сползающее одеяло частично обнажило мою грудь.

— Говорят, как любят своих мужей? – выдохнула я, наблюдая, как меняется взгляд Шая.

Голод. Страсть. Жесткость.

— Правильно, любимая. Именно это они шепчут супругам.

— Хм…

Я облизала губы, и взгляд мужа тут же прикипел к моему рту.

Он ждал.

Набравшись смелости, я тихо произнесла:

— Я тебя люблю, и еще раз – с добрым утром.

Он улыбнулся. Лицо смягчилось. Вот только голодный огонек никуда не делся.

— А еще что жены делать должны?

Его руки продолжали проказничать.

Одеяло поползло еще ниже, но, не выдержав, я перехватила его.

— Дорогой, не смущай. Лучше поцелуй и принеси одежду. На мне ведь ничего нет.

— М-м-м, хорошо, что ты мне напомнила. И ладно, так уж и быть, в нашей семье по утрам целовать буду я, – тихо рассмеялся он и, склонившись, коснулся моих губ.

Так нежно и трепетно, что внизу живота стало внезапно горячо. Невольно стиснув бедра, я и вовсе согнула ноги в коленях.

— Какая интересная реакция, – рассмеялся Шай, обняв меня за талию.

— Мне… – Я смутилась еще больше. – Мне непривычно и…

— Но ты меня любишь?

Он отстранился и приподнял бровь.

— Я тебя очень люблю, Шай, и мне приятны твои ласки. И я жду твоих поцелуев, но… Умоляю, медленней, я за тобой жить не поспеваю.

— Хм… Ладно, сейчас требовать с тебя супружеский долг не буду. Убедила.

— Сейчас? – Я уставилась на него большими глазами. – День, дорогой. Светло. Видно же все будет… Неприлично!

Он замер. Несколько раз моргнул и зашелся смехом.

Да что там. Его хохот, наверное, даже на улице слышали.

— Ханна, прелесть моя невинная, да у драконов совершенное зрение. Мне что сейчас, что при свечах – все замечательно видно! И все прилично. Или ты смотреть стесняешься? Так глазки прикрой. Зажмурься и не подглядывай.

Фыркнув, я натянула одеяло еще выше.

Смех мужа стих.

— Тебе не нужно меня стесняться, Ханна, – его голос стал серьезным. – Это лишнее. Правда. Но я понимаю твое смущение. Очень скоро мы избавимся от него. А пока вставай. В умывальне уже лежит чистая нижняя рубашка для тебя. А я пока посмотрю, что у нас там на обед.

Он выпрямился и отошел от кровати. Отвернулся.

Осторожно спустив ноги с матраса, я покосилась на его обнаженную спину.

И тут на меня нашло озорство.

Подскочив, я быстро поцеловала его между лопаток, ниже свежего, затянувшегося шрама, и побежала в умывальню, закрыв за собой дверь.