Книга Всего одна ночь, страница 40 – Лия Султан

Я опускаю голову, пальцы сжимаются в кулак.

— Папа, — тихо говорю я, — я никогда не изменял Майре. Никогда. Но я больше не могу… Я развожусь.

— Как? — в дверях появляется Дана. — Разводитесь?

— Да. Мы подали заявление. Живём отдельно.

— А ребёнок? Откуда ребёнок?

Я поднимаю взгляд на сестру, грудь неприятно стягивает.

— Это случилось еще до нашей с ней свадьбы. Пять лет назад я встретил девушку. Её зовут Лена. Мы быстро разбежались, я уехал в Атырау, она осталась здесь. Я не знал, что она забеременела и родила мальчика — Тимура. Сейчас ему четыре.

— О Аллах! — Дана бледнеет. — Амир, ты серьёзно?

— Его зовут Тимур? Как меня?

Отец потирает лоб, словно пытается унять боль. Я достаю телефон, открываю фото, которое Лена сделала сегодня в кафе. Амир сидит на моих коленях и улыбается в камеру. Протягиваю мобильный папе. Он просит у Даны очки, надевает их и долго вглядывается. А потом внезапно прикрывает глаза. Рука, сжимающая телефон, падает на диван, плечи вздрагивают.

— Папа? Что такое? Пап?

Дана перехватывает телефон, смотрит и ахает.

— Боже мой, — шепчет она. — И правда похож. И черты лица чем-то напоминают мамины.

Она поднимает взгляд на меня. В её глазах растерянность, но сомнений уже нет.

Я сижу рядом с отцом, всё ещё сжимая его руку. В груди клубится тяжесть. Не так я хотел рассказать ему о внуке. Но Майра опять меня переиграла. Ее не берут мои угрозы, значит, надо действовать по-другому.

— Амир, балам, а ты его можешь привезти к нам?

— Приведу. Обязательно приведу. Но пока мы занимаемся переоформлением документов и он еще не знает, что я его папа.

— А почему эта женщина ему сразу не скажет? — с вызовом спрашивает Дана, чем только подливает масло в огонь.

— Не эта женщина. Ее зовут Лена, — твердо говорю я. — Он пока маленький, нужно постепенно.

— Я не понимаю, — скрестив руки на груди, сестра продолжает стоять на своем. — Почему она тебя не нашла, когда забеременела? Все могло бы по-другому сложиться. Или, — прищуривается она, — ты ее обидела?

— Нет, Дана. Не обидел. Мы… контактами не обменялись.

Папа сидит и смотрит не моргая на портрет мамы на стенке и похоже, не улавливает смысл моих слов, в отличие от сестры.

Лена

Дома я, наконец, могу вздохнуть с облегчением. Здесь нет ни мозолющего глаза Амира, ни внезапно воскресшего Славы с грустными глазами, как у какой-то побитой собаки. До кучи мне не хватает очередного появления сумасшедшей жены.

Вождик доволен, он не только прибарахлился, но и получил две машины от Амира. Он давит на меня, просит сказать сыну правду. Да я и сама понимаю, что пора. И почву он уже прощупал, и сына к себе расположил, подарками заваливает.

Что я чувствую? Да много чего. И ревность, что теперь он не только мой малыш, в некотором роде облегчение, потому что он с уверенностью берет на себя некоторые вопросы и затраты, и умиление, когда я смотрю на то, как Тим тянется к Амиру, как он с готовностью лезет на его шею, обнимает, смеется.

Мой папа прав. Ребенку нужен отец. Но как же страшно довериться ему и доверить вождика, учитывая, что у него в анамнезе жена-истеричка. Разводиться он с ней или не разводиться — меня это не касается. Главное — пусть не трогают нас.

Нет, правда, не касается. Это чужой муж.