Книга Друг моего отца, страница 61 – Елена Лабрус

Дёрнулась снова и корчась в спазмах, застонала:

— Сука!

— Да, это я, – разрядился я в неё тут же, так от её оргазма через боль и нежелание сорвало крышу. И я вжался сильнее, совершая самый глубокий, самый сладкий последний толчок. – Я, моя девочка, – обмяк я, придавив её к столешнице и развернул голову, чтобы впиться в губы поцелуем. Ах ты, зверёк! Она меня укусила. Облизал с губы кровь. – Я – друг твоего отца. Твой муж. Отец нашего будущего ребёнка. И можешь ненавидеть меня сколько угодно, но я буду трахать тебя, пока ты не залетишь. Потому что хочу этого ребёнка.

— Напугал, – усмехнулась она и врезала мне пощёчину. В ушах аж зазвенело. Хороший удар! – Это за царапины от ногтей на твоей шее. Ты мне врал.

Карина! Блядь, я и забыл.

— Не врал. Я с ней расстался, – потёр я щёку, но она словно поставила точку, хотя у меня просился большой вопросительный знак: ревнует? – Ты у меня одна.

— Допустим, – зло глянула она. – А теперь я отвечу на твои вопросы. Да, Арман, я не хотела этого ребёнка. Не хотела, – прижав руку к животу, срывала она с ног брюки, но не плакала. – Но, когда увидела одну полоску… – разогнулась она и уставилась на меня в упор. – Я расстроилась, что у меня его не будет. Твоего ребёнка. Потому что никого и никогда я не любила… кроме тебя.

— Как же вкусно ты пахнешь, Зверёк, – цинично понюхал я пальцы.

Моя! Какая же она моя! Особенно когда смотрит вот так зло, исподлобья.

И улыбнулся, хотя хотелось выть.

Нет, сильнее чем я себя, она не сможет меня ненавидеть.

Сильнее, чем её, никого не смогу любить я.

«Это же была ревность? Ревность? – остервенело переворачивала я листы. И подписывала бумаги не глядя. – Скотина. Сука. Урод».

— Это стандартный брачный договор, – пытался мне пояснить юрист.

— Спасибо, – оборвала я его на полуслове. – Не нужно ничего уточнять. Я полностью доверяю своему мужу.

Смешно, но теперь доверяю даже больше, чем раньше. Ненавижу, сволочь, но только сильнее люблю. Да и какой смысл читать? Всё равно я ничего в этом не понимаю.

— И второй экземпляр, Яна Андреевна, будьте добры, – подкладывал мне документы вежливый юрист.

А этот… Арман возвышался чёрной скалой у окна, смотря на горящие в парке огни, и всем своим видом давал понять, что его это всё тоже мало интересует.

— Что-нибудь ещё? – устало отвалилась я к спинке стула, глядя как Чекаев глотнул воды из стеклянной бутылки. Вот что за человек? Не может всё не испортить. Подарил розу и тут же её сломал. Позвал замуж и тут же жёстко трахнул. А теперь стоит там, сцепив зубы, и сам ненавидит себя и не знает, что с этим делать.

— Нет, всё. Спасибо! – поднялся юрист. – Арман Эмильевич! Остались ваши подписи.

Он не спеша сделал ещё глоток, словно не к нему обращались. Молча подошёл, молча расписался на всех нужных листах. А потом пошёл провожать всю эту компанию в строгих костюмах и очках, по ходу включая везде свет.

— Яна Андреевна Чекаева. По-здра-вляю! – швырнула я поверх бумаг новый паспорт. Даже фотографию вклеили ту, что сделали в «Галерее», когда я устраивалась на работу. С биометрическими данными. Ну как же! Повышенный уровень безопасности для работы с такими дорогими экспонатами. И отпечатки пальцев сняли. И даже загранпаспорт мне сделали. Швырнула я сверху и второй документ.