Книга Выше только стрижи, страница 6 – Елена Лабрус

— Ну-ка ты, не лезь, это не твоя половинка. Ты свою уже съел, — командовала она, почёсывая добермана за острым, чутко вздрагивающим ухом.

Рядом валялся раскрытый чемодан с ворохом вещей. В косых лучах заходящего солнца среди них блестел лиф богато расшитого стразами платья.

Андрей нервно сглотнул. Платье выглядело дорогим, а девчонка — настоящей беспризорницей: мятые шорты, потная майка, стоптанные туфли. Странные тёмно-бордовые пятна на майке породили жуткое подозрение: а что, если эта замарашка не только обокрала соседей, но и кого-то убила?

Он прочистил резко пересохшее горло и бесстрашно шагнул к ней:

— Ты кто такая?

Чёрт! Обе собаки мгновенно обернулись и глухо зарычали.

— Фу, собачки! Фу! — прикрикнула на них самозванка.

— Может, уберёте собак? — зло повернулся Андрей к начальнику охраны. И напряжение вечера прорвалось наружу: — Как вообще вам пришло в голову спустить их с цепи? Полный дом гостей! Женщины, дети! А если бы они кого-нибудь покусали?

— Простите, Андрей Викторович, не подумал. Мальчики, ко мне! — постучал он себя по бедру.

Не смея ослушаться, доберманы неохотно побрели к хозяину и тут же были пристёгнуты к поводкам.

— Уводите их к чёртовой матери, я сам разберусь, — отмахнулся Андрей, заметив, что начальник охраны медлит, словно боится оставить его одного. — Я что, выгляжу так, будто не справлюсь с девчонкой? — разозлился он.

— Видимо, да, — хихикнула зараза, что так и сидела на земле, к тому же бессовестно ела пирожок и облизывала пальцы.

— Я задал вопрос, — навис над ней Андрей. До него донёсся запах вишни, и он с облегчением понял, что бордовые пятна — всё же не кровь.

— Простите, не знала, что я на допросе, — она дожевала, проглотила и, порывшись в пакете, подняла на него глаза. — Хотите? С рисом и печенью, правда, пёсики съели, но есть с капустой. Или всё же с вишней? — она проследила за его взглядом, брошенным на её грудь.

— Нет, спасибо, — дёрнул он головой, словно его душил чёртов галстук, и невольно сглотнул, вспоминая, когда он последний раз ел. Кажется, утром. — Начнём сначала. Что вы здесь делаете?

— Это разве не очевидно? — оглянулась она, словно он мог задать вопрос кому-то ещё у неё за спиной. — Сижу. Ем. Чешу руку, — она демонстративно поскребла запястье. — Комары у вас тут звери.

— Ясно, — ответил он ледяным тоном, хотя готов был взорваться, как закипающий чайник. — Тогда поставлю вопрос иначе: что вы делаете в моём саду?

— А-а-а, — понимающе кивнула она, не думая вставать. — Так вы и есть тот самый Андрей Олейников? — Нахалка выразительно скривилась. — Могла бы и сама догадаться.

Она достала из висящей через плечо сумки влажные салфетки, вытерла руки и принялась запихивать в чемодан вещи, словно давая понять, что уже собирается.

— В каком смысле «тот самый»? — возмутился Андрей то ли презрению, с которым это было сказано, то ли в принципе её осведомлённости.

— Ну, вы довольно известны, — выкрутилась она, пытаясь закрыть чемодан. — В узких кругах.

Замок на потрёпанном чемодане был сломан, и она безуспешно пыталась соединить концы ремня, опоясывающего его вдоль.

— Дай сюда, — не выдержал Андрей и сел рядом. Его неимоверно раздражали её бестолковые усилия. — А ты пока соизволь ответить, какого чёрта делаешь в моём саду.