Книга На один раз, страница 38 – Елена Лабрус

— С-с-сука, — выдавил отец сквозь зубы и, скрипнув креслом, наклонился к столу.

— Не подадут в суд эти семь, рано или поздно заметят утечку средств остальные. Если сейчас ничего не сделать, рано или поздно ты потеряешь банк.

— Мы, — ответил отец. — Мы потеряем, не я.

— Мы, — кивнула Саша. — И, может, часть клиентов, от нас и отвернуться, закроют счета и уйдут, но это важно — уметь признавать свои ошибки, люди не пинают раскаявшихся, а значит, часть клиентов останется. Конечно, ты потеряешь часть прибыли, и при худшем сценарии даже потеряешь банк, но зато сохранишь хотя бы винокурню, — привела Алекс последний, самый важный аргумент. — И Давиду Гроссу больше нечем будет тебя шантажировать.

— Давид Гросс придумает что-нибудь другое, — устало вздохнул отец. — Помнишь, я говорил, что он не остановится, пока меня не уничтожит? Честно говоря, я сказал это для красного словца, но, видимо, напророчил. Чем ты его оскорбила?

— Я?! — опешила Саша.

— Ну а кто? Я понятия не имел, кто такой Давид Гросс ещё пару месяцев назад, а потом он приходит и требует всё, что у меня есть. Мою дочь, мою винокурню. Угрожает моему сыну.

— Может, дело как раз в этом. Что твоего сына предупредили, но он не остановился, и ты ничего не сделал?

— Ты что себе позволяешь? — поднялся из-за стола отец.

Огромное кожаное кресло мягко отъехало, когда отец вырос из-за стола грозовой тучей.

— Я?! — повторила Саша. — Вообще-то, я пытаюсь спасти твой банк, — умышленно сделала она упор на «твой», хоть минуту назад отец и настаивал на «наш». — Твою винокурню. И твоего любимого сына. Но раз моя помощь не нужна, пожалуй, я сделаю то, что и собиралась: уйду.

Он её всё же достал. Вчера ей стало отца жалко, Саша дрогнула, пыталась помочь, найти выход, но раз ни её помощь, ни она сама неугодны — ничего нового, — делать ей здесь нечего.

— Куда это ты уходишь? — хмыкнул отец.

— Не всё ли равно, — развела она руками. — Куда-нибудь подальше от тебя, твоего банка и твоего сына. Ты дал мне время подумать, и я подумала. Мне не нужно место вице-президента. Ни временно, ни постоянно, никак. Я не хочу иметь ничего общего с твоим банком.

— Видимо, кроме кругленькой циферки на счету в нём? — усмехнулся отец.

Саша с утра ничего не ела — её мутило. Затылок ломило — она весь день, не разгибаясь, сидела перед монитором. Глаза болели, в них словно насыпали песка. Плечи затекли. Спина ныла. Она едва стояла на ногах от усталости — выслушивать обвинения отца, спорить с ним у неё не было ни сил, ни желания.

— Эти деньги оставила мне мама, ты не положил на этот счёт ни копейки. И я с радостью закрою его в твоём банке, пока он не вылетел в трубу. Прямо сейчас.

Захлопнув ноутбук и прижав его к себе, она уже дошла до двери, когда кое-что вспомнила.

— И кстати, Давид сказал, что личные счёты у него к тебе. Не ко мне, не к твоему сыну — к тебе. Так что напряги память и вспомни, где пересеклись ваши пути. Уверена, таких людей, через которых ты перешагивал, не задумываясь, было много за твою долгую жизнь.

— Давид, — передразнил отец. — И давно ты зовёшь его Давид? С того дня, как он тебя трахнул? Или, может, вы трахаетесь с ним по сей день?

— Может, и трахаемся, тебя это не касается, — Алекс с грохотом захлопнула за собой дверь.