Книга На один раз, страница 21 – Елена Лабрус

Начиная с чёрных как смоль волос, уходящих с высокого лба ровным треугольником и лежащих волосок к волоску, заканчивая твёрдым подбородком, на котором к вечеру уже проступила щетина, он был дьявольски привлекательным. Изящный нос с горбинкой, придающий узкому лицу хищное и упрямое выражение, словно припухшие чувственные губы. Спортивная фигура, накачанный пресс, длинные ноги. Идеально сидящий костюм.

Саше нравилось всё. Объективно и субъективно он выглядел лучше всех, кого она когда-либо знала. Излучал мужество и непоколебимость. Но особенно ей нравился его рост. Рядом с ним даже она со своими метр семьдесят три выглядела невысокой. Рядом с ним она могла бы даже надеть каблуки.

«Размечталась», — горько усмехнулась Алекс и оторвалась от разглядывания Давида Гросса.

Он заметил. Точнее, предоставил ей такую возможность — рассмотреть его внимательно. А потом шагнул к стеклянной стене.

— Возвращайся домой, Алекс, — упёрся он руками в перила, ограждающие стекло. — Расскажи отцу и брату о предложениях, что ты мне сделала. Уверен, они будут тобой гордиться, ведь ради них ты готова на всё, — сказал он если не с издёвкой, то с иронией. — У меня только один вопрос: и частенько тебя подкладывают к нужным людям?

В его голосе звучала горечь, словно её незавидная участь ему очевидна, но вызывает не отвращение — сожаление. Он разочарован.

И это было хуже всего.

— А ты, делая предложение моему отцу, рассчитывал на что? Что я его приму или откажусь? — подошла она и встала рядом. — Как это выглядит с твоей стороны? Что ты покупаешь меня, назначив цену в тридцать миллионов? Или всё же я покупаю свободу брату, предлагая себя, сколько бы это ни стоило?

— К чему ты клонишь? — повернул голову Давид. Хмурая складка пролегла между его бровей. А ещё он поджал губы, словно озабочен её ответом.

— Хороший вопрос, — улыбнулась Алекс, он был таким милым с этими задумчиво выпяченными губами. — Мужчина с твоим опытом разве не должен предпочитать женщин столько же искушённых? Разве их не полно вокруг тебя, готовых согреть твою постель? Но ты решил купить меня. Зачем?

— Ты не особенная, Алекс, — покачал он головой. — Не льсти себе, ты такая же, на один раз.

— Так и ты не лучше моего отца. Всё покупаешь и продаёшь. И видишь только цифры на счету, как мой брат.

— Не сравнивай меня с ними! — неожиданно резко разогнулся он.

— Почему? — издевательски усмехнулась Алекс.

Ей удалось его задеть, когда она совсем этого не ожидала.

— Потому что я не они, — сверлил он её взглядом, прожигал насквозь, испепелял. — Ты ничего о них не знаешь, а обо мне тем более.

— Ты хуже? — улыбнулась она.

— Я. Не. Такой, — ответил он почти по слогам.

— И всё же ты всё свёл к своему отношению к моей семье. К тому, что я — такая же. А если я тоже скажу: нет, не такая. Я спустилась в винный погреб, потому что устала на той вечеринке притворятся тем, кем не являюсь, никто меня не посылал. Я не знала, что ты там. Я не знала, кто ты. И здесь я не потому, что возомнила себя мученицей, а потому, что хочу быть с тобой. Что бы ты сделал тогда? Также заставил меня раздеться, поглумился и выставил? Снова отступил? Отмахнулся? Смирился? Я же Алекс Квятковская и этим всё сказано, — хмыкнула она. — Или, всё же закончил, что начал? Что бы ты сделал для себя?