Книга Элемента. N, страница 162 – Елена Лабрус

— Наверно потому, что не заключала никаких договоров с деревьями и не собиралась играть ни по чьим правилам, кроме своих, — Виктория чувствовала, что говорит резче, чем хочет, но в ней закипал гнев, и она не собиралась его сдерживать.

— И тем не менее, всё предначертанное сделать ты сделала, поэтому я обязана предложить тебе забыть, что для отца ты была всего лишь шансом поправить своё пошатнувшееся здоровье, а мать, для которой ты была её маленькой принцессой, теперь ненавидит тебя…

— Заткнись! – перебила её Виктория. — И что я должна отдать взамен?

— Немного, — всё так же тихо и без эмоции произнесло Дерево. — Свою никчёмную жизнь.

Виктория была с ней в корне не согласна. Она считала, что её жизнь никогда прежде не была такой полной и настоящей как сейчас. Она и не думала её ни на что менять, тем более так дёшево.

— Ха! Ха! Ха! – сказала она, произнеся отдельно и с выражением каждое радостное междометье, но совершенно безрадостно. — Никогда прежде так не нравилась мне моя жизнь, как сейчас. Ещё предложения будут?

— Да, — снова Дерево ответило так, словно её заставляют это делать. — Можешь жить дальше.

— Отлично! – обрадовалась Виктория. — Тогда может, отправишь меня обратно, туда, где взяла?  Я, наверняка, до сих пор валяюсь на этом грязном льду по твоей милости.

— Конечно! – ответило Дерево, но никакой уверенности в том, что оно выполнит так легко данное обещание, у Виктории почему-то не было.

— Конечно и это всё? – на всякий случай спросила она.

— Конечно, и тот путь, что ты прошла до половины, ты обязана будешь пройти до конца, — прошептало Дерево. Виктория его едва слышала.

— Нет! – сказала она жёстко. — Я не давала никаких обещаний, и не обязана их выполнять.

— Нет, давала! – возразило Дерево. И в памяти Вики независимо от её желания замелькали картинки встречи с Вещей.

— Ладно, хрен с тобой! – сказала Вики, встала со своей скамьи и подошла. — Говори, что я должна сделать.

И сразу следующая картинка.

— Родной отец тебя предаст, мать проклянёт, друзья отвернутся, а любимый возненавидит... И если ты все это выдержишь…

— Стану пророчицей? – перебила Виктория, вставая.

— Нет, но тебе предложат спасительное забвение. Ты сможешь все это забыть и тогда всё закончится… Или идти дальше.

— Есть ещё дальше? – сказала она, глядя прямо в глаза женщины в белом платье.

— Да, ты должна простить трусость своего отца, понять боль своей матери, принять негодование своих друзей и смириться с выбором любимого. И, если ты этого не сможешь, то уже не получишь забвения. Но и не вернёшься на эту сторону. Вечная жизнь с памятью о прошлом и невозможностью ничего исправить ждёт тебя в случае провала.

— А если я справлюсь? – с вызовом ответила Вики, — Ты же справилась!

— Стой! Это она не справилась! – сказала Виктория Дереву, прерывая этот поток воспоминаний. — Я помню, она говорила, что я должна буду поговорить с Лией! Она была так испугана, что не справилась!

— Она боялась не этого, — голос Дерева неожиданно потеплел и окреп. — Она боялась, именно того, что ты со мной поговоришь. Я и есть Лия. Последняя Истинная Пророчица.

— Ты — Дерево?

— Нет, но моя душа в нём. И именно благодаря нему я жива.

— Ты называешь это жизнью? – усмехнулась Виктория.

— О, да! – и Вики показалось, что Дерево улыбнулось. — Этого много больше того ничего, что было у меня все предыдущие тысячи лет.