Книга Элемента. L, страница 91 – Елена Лабрус

— За этот гостеприимный дом! Спасибо за приглашение! - она потянулась в сторону старшего Иконникова.

— Спасибо за оказанную честь! - успел он вставить, прежде чем они столкнулись рюмками. К остальным старушка тянуться не стала, сделала крошечный глоток и тут же закусила очередным кусочком манго на вилочке.

Дэн, прежде чем выпить, сделал сразу две ошибки. Сначала он посмотрел на весьма довольную напитком старушку и поверил ей, а затем зачем-то решил понюхать то, что было в рюмке. Но отступать было поздно!

— Боже! - только и смог прошептать он, кашляя и заливаясь слезами.

Арсений тоже выпил и не смог не сморщиться. Отец Арсения и Алиенора смеялись над ними как нашкодившие дети. Улыбалась даже невозмутимая Изабелла, потягивая свой коктейль. Дэн съел подряд два куска манго, потом попытался закусить чем-то, похожим на виноград, но до него сквозь кожуру, оказывается, еще нужно было добраться, поэтому он сразу отказался. Жечь горло немного перестало, только когда он расправился с чем-то похожим на чеснок, но сладким, в толстой кожуре как у граната.

Отсмеявшись, Алиенора пожалела "бедного мальчика" и снова восхищенно ахнула, увидев в его руках "чеснок".

— Мангустин! Это же мангустин? - обратилась она к хозяину дома.

— Только ради Вас! - подтвердил он ее предположение.

И старушка, в одно мгновенье избавившись от перчаток, прямо руками извлекла из кожуры скользкую дольку и отправила в рот, даже прикрыв глаза от удовольствия. Антонина Михайловна, вездесущая и незаметная, со своей работой справлялась выше всяких похвал. Гостям, запачкавшим руки фруктами, ловким официантом тут же была предложена чаша с водой. Царственно покунав в воду свои наманикюренные пальчики, Алиенора промокнула их белоснежным полотенцем. Дэн последовал ее примеру. Не столь элегантно, конечно, но хоть бежать мыть руки не пришлось.

— Ах, этот Тай! Тай Ланд - свободная страна! Свобода, которой они так гордятся! Свобода, которую они сохранили благодаря всего лишь одной фотографии Рамы V и Николая II вместе, - то ли возмущалась, то ли просто сообщала собравшимся факты Алиенора.

— А может они сохранили свою свободу, благодаря телеграфу, который покидая страну, установил предусмотрительный сиамский король? - мягко возразил Альберт Борисович.

— А может он установил телеграф, чтобы иметь возможность общаться со своей горячо любимой женой, - возразила старушка, - особенно учитывая обстоятельства, при которых свою первую беременную жену он потерял?

— Одно другому не мешает, -  вставил её собеседник.

— А что случилось с его женой? - спросил Арсений.

— Боже, это такая нелепость! Она утонула! Её лодка перевернулась на прогулке по реке!

— Это же просто несчастный случай! - ответил Арсений.

— Ах, если бы! - махнула рукой Алиенора.

— Никто из подданных не подал ей руки, потому что за прикосновение к особе королевской крови полагалась смертная казнь, - помог расставить все по местам отец Арсения.

— Бедная женщина стала жертвой закона, изданного чтобы ее защитить. Вот такой парадокс, - закончила Алиенора.

— Печалька, - неожиданно для себя вставил Дэн.

Алиенора посмотрела на него как на комара, которого она собиралась прихлопнуть, но неожиданно сменила гнев на милость и совершенно неожиданно произнесла:

— Что мы, и правда, о грустном! Молодежь совсем заскучала! И хоть вам молодым не очень нравиться слушать наши побитые молью истории… - обратилась Алиенора к сидящим напротив нее друзьям.