Книга В объятиях Снежной Королевы, страница 75 – Елена Лабрус

— А ты куда? — уставилась на неё мать с подносом в руках.

— За город. До завтра. — чмокнула она её в макушку и не попрощавшись, скрылась за дверью.

— Лёш, а ты придёшь сегодня? — с десятого звонка услышала Данка голос парня, трусливо звоня ему с туалета.

— Привет! Нет, если обстоятельства не изменятся, то только завтра и поздно вечером.

— А ты далеко? — она старательно вслушивалась в шум из трубки, кажется, играла музыка.

— Да, буду два дня за городом.

— Ясно. Ну, до завтра тогда.

— Да, давай. Пока!

Она сидела на унитазе в чужом туалете в позе роденовского мыслителя, и мысль о том, что Лёха проведёт два дня с этой вертихвосткой терзала её как орёл несчастную печень Прометея.

— Заблудилась? — спросил её Кайрат, когда она, наконец, вернулась.

— Ага, — она упала в мягкое кресло, и вытянула ноги, пользуясь тем, что они остались одни.

— Что-то не так? — нахмурился Кайрат.

— Всё так.

— Ну, я же вижу. Что случилось? — он выглядел даже озабоченным.

— Тебе не понять.

— Это почему же? — он пересел поближе. — Вроде не такой уж я и тупой.

— Ты умный, Кай, но ты никого никогда не любил. Поэтому тебе не понять.

— А ты, значит, любила?

— Нет, но, кажется, уже люблю.

— Только не говори мне, что Савойского, — язвительность в его голосе обижала даже больше, чем его вскинутые руки, означающие «Ой, всё!».

— А если Савойского, то что? — она скосила на него глаза.

— То ничего, — он как-то подозрительно осёкся. — Парень женат.

— А я разве на что-то претендую? И ты был прав, он больше и не пришёл, и не позвонил.

— Его нет в городе, он прилетал буквально на пару дней.

— Ты-то откуда знаешь? — встрепенулась она, словно выйдя из обморока.

— Господи, чего я только не знаю. Кстати, а что такое альфахоры?

— Печенье такое круглое в два слоя, — показывала она руками, — а между ними карамель или джем. А что такое орчата?

— Напиток из земляного ореха. А ты умеешь пустить пыль в глаза, — улыбнулся он.

— Ты тоже, — улыбнулась она в ответ. — И кстати, я люблю корицу.

Глава 14. Кайрат

Две вещи удивили Кайрата на званом обеде у мэра. Во-первых, проявленный к нему интерес мэрской дочки, а во-вторых, заявление его сестры о высоких чувствах к Савойскому.

После аварии дочурка мэра осталась в его памяти просто бестолковой мелкой «жучкой», где-то по ощущениям наравне со своей собачонкой. Наверно, даже бессмертную Моську он вспоминал чаще. И даже после того как к нему лично заявился мэр, он думал об Аньке как о ребёнке мэра, а если быть совсем уже честным, то вообще не думал.

Эта стройная белокурая девушка, появившаяся из ниоткуда, впорхнувшая как стрекоза с цветка, вдруг вылупившись из куколки бесформенного пуховика, стала для него неожиданностью. И её интерес, откровенный и навязчивый тоже слегка его обескуражил. Не удивило Кайрата лишь её поведение капризной принцессы, её роль «любимой дочки», когда родители что-то вроде обслуживающего персонала, и её желание самоутверждаться за чужой счёт. Он предположил, что она вырастет в первоклассную стерву, но пока она ещё так, стервочка.

Кайрат крутил в руках тонкий картон контрамарки и не знал стоит ли ему идти. После этого памятного обеда он доставал его из кармана с постоянством часовой кукушки, смотрел на летнее фото ледового дворца, на размытые буквы слова «Приглашение» и сомневался, а не воспользоваться ли ему всем этим: её предложением, её интересом, её напором, но неопытностью. И пока верх брало исключительно любопытство.