Книга Грязная сказка, страница 76 – Елена Лабрус

Она села на широкий низкий подоконник и достала очередную сигарету.

В бюджете Влада зияла огромная чёрная дыра, и он не строил по этому поводу иллюзий. Сначала он вынужден был закрыть свой магазин элитной одежды, теперь сгорел к чертям собачьим его оптовый склад. По сути всё, что лично у него осталось — это счёт в банке и недвижимость. И если на привычную жизнь этого и хватит, то на восстановление бизнеса однозначно нет. И мамина сеть, конечно, не дала бы ему пропасть, даже если он остался бы с меньшим, но тянуть с её счетов деньги на восстановление своих активов он бы не посмел.

— В принципе, — рассуждала она вслух. — Я могу взять ещё один кредит. Плюс вытрясем долги по всем твоим договорам. Там прилично. Плюс можешь продать квартиру в Лондоне, ты туда не собирался возвращаться вроде.

— Маам, — сморщился он. — Ты же не хуже меня понимаешь, как всё это несерьёзно. И честно говоря, — он поднялся, уперев в стол локти. — Я уже ничего не хочу. Ни начинать что-то новое, ни восстанавливать старое. Не хочу. Ни. Че. Го.

— Ну, это сегодня, — встала она, потушив бычок, и замерев у окна. — И день-то какой выдался ненастный. Дождь будет.

— Наверняка. Я машину как раз помыл.

— Её кстати, так красиво листьями облепило. Жёлтыми, — хмыкнула она, повернулась и подошла к нему.

— Не переживай, справимся, — она как в детстве взъерошила его волосы и прижала к себе. — Отдохни немного, расслабься, не думай ни о чём. Может тебе съездить куда отдохнуть? Ты вроде собирался.

«Собирался, — хотел он сказать. — Только не один».

— Ты сама-то давно в отпуске была? — усмехнулся он.

— Ты на меня не равняйся, — теперь она зачёсывала ему волосы вперёд, и по голове от её острых ногтей бежали мурашки. — Я старой закалки трудоголик. Мне отдыхать нельзя, а то раскисну, разболеюсь. А тебе можно, даже нужно. Соберёшься с силами и буду тебя потихоньку в курс своих дел вводить. А то сколько уже мне одной тянуть?

— Хочешь на покой?

— Не знаю пока, чего я хочу. Но ты ж понимаешь, что я тоже не вечная.

— Мам, вот только не начинай, а?

— Я и не начинаю, — теперь она делала ему причёску на бок. — Я вот только знаешь, что поняла? Что я даже рада, что сгорело оно всё. Такой тяжёлый это был бизнес. И совсем не твой.

— Можно подумать, твой лёгкий, — хмыкнул Влад.

— Не лёгкий, но я как выяснилось, прирождённая торгашка. А ты у меня мальчик возвышенный, импульсивный, чувствительный. И учился ведь где? На текстильном дизайне. Какого тебя потом в эту школу бизнеса понесло?

— Так вроде неплохо у меня получилось.

— Отлично получилось, — она отпустила его и окончательно пригладила волосы по своему вкусу. — Но на мой взгляд с дизайном у тебя получалось лучше. Один интерьер твоей «Золушки» чего стоил, ведь как в настоящем дворце. И всё же сам придумал. И музыку эту, и костюмы продавцов.

Влад сморщился.

— Молчу, молчу, молчу, — примирительно подняла она руки. — Ладно, пошла я. Работы невпроворот. Не кисни только. Не стоит оно того. Забей!

Она ушла, а Влад подошёл к окну и встал на то самое место, где она недавно стояла.

На капот его бронзовой машины и, правда, налипли ярко-жёлтые листья. Небо свинцово нависло над городом. И у него было ощущение, что он не просто потерял деньги, работу, недвижимость, у него из рук как песок сквозь пальцы утекало что-то важное. Что-то очень нужное ему, но он никак не мог определиться, что.