Книга Не отрекаются, любя..., страница 110 – Елена Лабрус

— Тот, кто стоял за убийством моей сестры, кто всё это организовал, жив и здравствует. Возможно, он даже не хотел, чтобы её убили, просто жестоко надругались. Но раньше я считал, что она оказалась в том казино случайно, а теперь точно знаю, что нет. Теперь я точно знаю, что так хотели наказать моего отца. За то, что ослушался. За то, что заставил с ним считаться.

— Но твой отец хотя бы жил и умер своей смертью, — прижала она руки к животу, пытаясь заглушить звук голодного спазма.

Марк так хорошо знал этот жест, что невольно улыбнулся: моя белка! Моя вечно голодная белка.

— Пойдём, а то эти разговоры испортят тебе аппетит, — потянул он её за руку на кухню.

— Ничто не может испортить мне аппетит, если ты рядом.

— Рад это слышать. Придумаем что-нибудь из еды?

— Ты хотел сказать: я придумаю? — улыбнулась она, открыв холодильник.

— Ну ты же что-нибудь придумаешь? — скорчил невинную гримасу Марк.

— Конечно, — всплеснула Белка руками. — Куда же я денусь?

Жизнь, которой у них не было...

Жизнь, которой у них не было, хлопала дверцей холодильника, шипела водой в кране, шкворчала жареной яичницей.

Жизнь, которой у них не было, тянула молодые побеги, чтобы прорасти друг в друга заново. Сбросить всё старое, ненужное и давно отмершее. Зачистить душу до здоровой ткани. И пусть не сразу, по веточке, по листочку снова распуститься и однажды расцвести.

И обрести. Друг друга и жизнь, которой у них не было.

— А это что? — поставила Белка на стол тарелки и показала на стоящие там консервные банки.

— Наверное, Мамай из офиса принёс, — задумчиво взял Марк в руки «осётра».

Белка только что рассказала ему про свой разговор с Вестлингом и трастовый фонд. И Марк был не просто озабочен. Мысли, что до этого были похожи на сбившихся в кучку новобранцев, кто во что горазд, выстраивались ровным строем, рыцарской «свиньёй», готовой как минимум к Ледовому побоищу.

— Съедобно?

— Да, — он потянул за кольцо на крышке консервной банки, открыл. — Угощайся. Вкусно.

Вывалил содержимое в тарелку. Пустую банку швырнул в мусорное ведро.

Белка отломила вилкой кусочек жирного мяса, засунула в рот.

— М-м-м и правда вкусно.

Марк рассеяно кивнул.

— Значит, мой отец был попечителем твоего фонда?

— Угу, — кивнула Белка, жуя. — Не знаю, когда и как они познакомились с моим отцом, этого Вестлинг не рассказал. Но, похоже их многое связывало.

— Похоже, куда большее, чем я думал.

Марк кратко пересказал ей что узнал от Мамая.

«…они сделали почти невозможное — отец Веры своей смертью, а твой своим бездействием — защитили тебя и Веру», — крутились в голове слова пожилого казаха.

И на счёт Веры Марк не ошибся — теперь он понял насколько она была важна в этой игре. Началось всё действительно ещё до их рождения. Но со смерти её отца и они попали на лопасти колеса, которое набирало обороты.

Понял Марк и кто были эти загадочные «друзья» отца — Ваан и её возможности.

Из разговора с ней Реверт и так понял, что они были знакомы. Откровением стало, что дружили. Ведь она настойчиво пыталась убедить Марка, что он был ей нужен, чтобы выйти на отца. Но Марк только что понял, что всё было с точностью до наоборот и у него появилось ещё больше вопросов к Иванне Вигеновне. Главный из них: как давно на самом деле она знает отца?