Книга Проклятый, одинокий, дракон, страница 146 – Елена Лабрус

— Он почти успел, — снова закрыла Айна глаза.

— Да, почти, — поёрзала горбунья, шмыгая носом. — Он сутки держал вас на крыше после того, как принёс. Мы думали, он сошёл с ума. Он рычал, скалился, поливал крышу огнём, не позволяя никому к вам подойти. Клянусь, я думала, вы мертвы.

Айна пыталась вспомнить хоть что-нибудь из тех ужасов, что рассказывала экономка, но её память показывала совсем другие картинки. Да, в них был дракон, но совсем другой, весёлый. Он дурачился, смешно заваливаясь на спину среди цветущих ромашек. Топал по воде, поднимая целые фонтаны брызг, плескаясь на мелководье. А ещё пел. Да, он пел! Губы девушки растянулись в улыбку, вспоминая эти фальшивые трели дурным голосом.

— А потом Его Сиятельство принёс вас сюда. И тоже сидел с вами двое суток. Не ел, не спал. Пока доктор не уверил его, что опасности нет, он так и стоял на коленях у вашей кровати. Я кое-как уговорила его пойти прилечь.

— Зачем же тогда его будить? — снова открыла глаза Айна.

— Нет уж, — спрыгнула горбунья и решительно отправилась к двери. — Я лучше скажу, а то боюсь, он меня прибьёт. Вы тут только, пожалуйста, не умирайте, миледи, пока я за ним схожу.

— Айна, — поправила экономку девушка, но та уже вышла, и Айна только махнула рукой.

«Надо бы проверить, всё ли у меня цело», — ещё подумала девушка, но на неё накатила такая усталость, что она провалилась в забытьё.

— Катарина, если ты позволяешь ей лазить по деревьям, как мальчишке, — выговаривал маме отец, прохаживаясь туда-сюда по комнате. — То будь готова к тому, что скоро она и шею себе свернёт.

Он теребил цепочку часов, что говорило о его сильном волнении. А мама, протирала ушибы Айны какой-то вонючей жидкостью и только молча улыбалась. Айна морщилась и громко дула на содранные коленки — так их щипало, но даже не плакала.

— Ничего, до свадьбы всё заживёт, — подмигнула Айне мама, ласково чмокнула грязную руку дочери и приложила её ладошку к своей щеке.

И её щека кололась…

«Как странно», — подумала Айна, просыпаясь. Она улыбнулась и открыла глаза — её ладонь прижимал к своему небритому лицу Тьер.

— Тьер, — прошептала девушка.

Он просто поцеловал её в ладонь, осторожно положил руку на постель и встал.

— Рад, что вы пришли в себя, миледи, — холодно поклонился он.

— Тьер?! — ничего не понимала Айна, глядя на его осунувшееся, заросшее щетиной лицо и видя такой равнодушный, совершенно непроницаемый взгляд.

— Мы все очень волновались за ваше здоровье. К счастью, кризис миновал. Если будете соблюдать все предписания доктора, быстро пойдёте на поправку.

— Я ничего не понимаю, — Айна пыталась подтянуться на локтях, чтобы сесть, но де Риз ей не позволил.

— Доктор сказал, вы сильно ушиблись головой, — прижал он её руку к одеялу. — Вам пока не рекомендуется вставать.

— Тьер, — у Айны не было сил с ним спорить. — Что я сделала не так?

— Нет, нет, вы ни в чём не виноваты, — разогнулся он. — Это я совершил глупость, оставив вас одну. Вы сильно разбились. Ударились головой, вывихнули плечо, растянули ногу. Но, раз вы вспомнили и леди Бри, и меня, значит, всё поправимо. Всё заживёт.

«Может, мне правда всё это приснилось? — с сомнением смотрела на герцога Айна. На его любимые руки, на такие желанные губы, упрямо сжатые сейчас, равнодушные. — Может мне пригрезился и тот поцелуй под дождём, и ночи рядом с ним в одной постели?»