Книга Свободен, страница 30 – Елена Лабрус

Одну правда, спасает сын, шести-семилетний мальчишка, что подвозит матери чемодан. А вторую Танков обламывает сам, вдруг обратившись ко мне:

— Танкова, наш вот тот, с оранжевой лентой, — показывает он на выехавший чемодан.

— Так ты женился?! — вытягиваются накрашенные смазливые мордашки.

И я не слышу, что он им там отвечает, потому что первая добираюсь до чемодана.

— Зачем мне горящие избы? Зачем мне бегущие кони? Я — женщина, а не Будёный. Я — женщина, а не грузчик, — хватаюсь я за ручку. — У тебя там гантели что ли? — уточняю, когда он подхватывает свой чемодан сам. — Или дрова? — мерещится мне характерный деревянный стук.

— Кое-что попросили привезти, — вижу не хочет распространяться он.

«Надеюсь не кости предков?» — нарочно встряхиваю я чемодан, надеясь услышать характерное «клок-клок», когда этот Перевозчик оставляет мне его посторожить, а сам кидается помочь Елизавете Марковне. Ну, Рыцарь, мать его етить, рыцарь без страха и упрёка.

— Отличного отдыха! — машут нам упорхнувшие к другому автобусу «птички».

А меня разбирает смех, когда я представляю, как мы выглядим со стороны: Артемий с двумя чемоданами и кожаной дорожной сумкой на плече, следом я, обнимая пакеты с зимними вещами, рядом семенящая налегке сгорбленная Елизавета Марковна. Просто семейка Крудс: муж, жена, бабуля.

— А скажи мне, Тунк, — сажусь я в автобусе к окну.

— Вот зэ фак, Тунк? — ставит он в ноги сумку и садится рядом.

— Ясно, нет у тебя двух племянниц, которые с утра до вечера смотрят мультики.

— Нет, так что тебе сказать? И если ты про тех девиц…

— Танков, — ржу я. — Не переигрывай. Мы не женаты. Скажу больше, мы…

— Т-с-с-с, — зажимает он мои губы пальцем. — Мы на Хайнане, а тут что угодно может произойти.

— Всё, что происходит на Хайнане, остаётся — на Хайнане. Это закон.

— Не знаю, — загадочно улыбается он. — Может быть, мы что-то увезём с собой.

И на что бы он там ни намекал, лично я, удобно откинувшись к спинке, уже настроилась отлично отдохнуть.

Потому что силуэты пальм завораживают. Вид чистых освещённых дорог с нарядными клумбами приятно удивляет. А обилие новых дорогих автомобилей даже ночью поражает.

В глазах рябит от значков «Тойота», «Порше», «Ауди». Даже «Феррари» пролетела (и это только то, что я просто узнала). А приятный баритон трасферного гида между делом рассказывает, что столица острова — город Хайкоу, а в городе Санья три бухты: Ялунвань, где находятся все дорогие отели и зона подводного плавания, Дадунхай — «русский район», где масса магазинов, ресторанов, баров и дискотек, и Санья, про которую я запомнила только, что там находится аэропорт Феникс.

— Международные водительские права на территории не действительны, так что взять машину на прокат не получится. Терминалов, что обслуживают карты «Виза» и «Мастеркарт» практически нет, так как в Китае своя платёжная система.

«Что!? — приподнимаюсь я с сиденья, не веря своим ушам. — Как это?!»

— Более того, если вы попытаетесь засунуть в банкомат свою карту, то за вандализм легко можете угодить на десять суток в тюрьму, — продолжает добивать гид. — Поэтому предупреждаю: в Китае все вам мило улыбаются и всё кажется шуткой, пока вас на полном серьёзе, всё так же мило улыбаясь, туда не проводят. Военных и полицейских фотографировать категорически запрещено. Хайнань — это южная граница Китая и одна большая военная база. Поэтому помним про десять суток, просроченный вылет и проживание за свой счёт и даже не смотрим в их сторону.