Книга Если бы меня спросили, страница 61 – Елена Лабрус

— Наплевав на здоровье жены? — хмыкнула Ирка. — Плохо же ты знаешь своего отца. Но, по крайней мере, теперь понятно, почему отец решил отдать тебе мамин дом, — вздохнула она.

— Точно не ради того, чтобы оказаться на улице, — усмехнулся Вадим. — Мы договорились, что они будут жить там до отъезда, а потом я могу делать с домом что хочу.

— И ты обещал, что до их отъезда больше там не появишься?

Да, он обещал, только прозвучало это куда грубее: что ноги его больше не будет, пока они там.

— Жизнь отца меня давно не касается, как, собственно, его не касается моя жизнь. Но я благодарен, что мамин дом он всё же отдал мне, а не продал, не подарил какой-нибудь своей подружке.

Он замолчал, вдруг осознав, что Ирка ведь не вчера ходила в «Гедеон». Что она…

Чёрт! Это ведь она отправила его мачехе тюльпаны, потому что знала, что она их ненавидит, потому что это Вадим ей рассказал. И она пошла к отцу, когда Вадим ещё был рядом.

— А когда ты собиралась мне сказать, что устроилась на работу к отцу? — нахмурился он. — Специально ждала, когда я уеду?

Как же он это «любил»: узнавать новости последним. Разве он давал повод ему врать?

— Ты бы в любом случае уехал, Вадим, не надо этот недовольный тон.

— Недовольный? — остановился Вадим.

— Да, недовольный. Обвиняющий и обиженный одновременно, — ответила Ирка. — Нет, я не ждала, когда ты уедешь, просто так получилось. И я не собиралась устраиваться к твоему отцу на работу. Но меня взяли, а зарплата у них намного выше, чем там, где я работала до этого, поэтому выбор был очевиден.

— А его не смутило, что ты моя девушка? Хотя нет, погоди, ты же ему не сказала? — догадался Вадим. — Пошла меня защищать, но тут выгорела непыльная работёнка с хорошей зарплатой, — усмехнулся он, — и ты тут же про меня забыла, — зудела обида и уязвлённое самолюбие. Вадим хотел перешагнуть, но вместо этого зло пнул кресло-мешок. — Даже хуже, умышленно умолчала, иначе отец бы тебя не взял.

— Я сказала, Вадим, — вздохнула она. — Правда, не сразу. Но не потому, что про тебя забыла. А как раз потому, что помнила.

— То есть всё же ждала, когда я уеду, — горько подытожил он.

— Если тебе хочется так думать, да. — Заскрипела кровать, когда она встала. — В конце концов, это ты посоветовал мне к нему обратиться с маминым делом. И не надо заставлять меня оправдываться. — Зло затопали её голые пятки по комнате. — Я перед тобой ни в чём не провинилась. Я просто пытаюсь жить, Вадим. С тобой или без тебя. Пытаюсь не потеряться в наших отношениях. Зарабатывать, потому что меня некому содержать. Помогать маме, потому что нам не на кого надеяться. Поддерживать отношения с людьми, которые мне дороги. Пытаюсь думать своей головой и стоять на собственных ногах.

— То есть для тебя после встречи со мной ничего не изменилось? — развёл он руками.

— Изменилось. — Звук был такой, словно она стукнулась затылком в стену. Стукнулась несильно, но намеренно. — Сильно изменилось.

— Но ты не считаешь это чем-то серьёзным, не испытываешь ко мне никаких чувств? — тоже упёрся он в стену, только лбом.

— Давай, залезь в душу, переверни там всё и обиженно свали в туман. Все так делают, чем ты хуже, — снова долбанулась она головой. — Испытываю, Вадим. Но я не самый наивный человек. Я знаю, как это бывает. Рядом со мной ты чувствуешь одно, хочешь отношений, обещаешь вернуться, а потом уезжаешь и чувствуешь другое — что это была случайная интрижка, потому что вся твоя жизнь там, и в той жизни нет для меня места.