Книга Если бы меня спросили, страница 20 – Елена Лабрус

— Куда? — почти побежала за ним Ирка.

— Работать, куда же ещё, — бросил на ходу. — Если тебе, конечно, ещё нужна эта работа.

Не глядя, он придержал для Ирки дверь и, не оборачиваясь, пошёл к своему отливающему на солнце сталью джипу.

Блеять «я по другому поводу» ему в спину было как-то неуместно, поэтому Ирка молча забралась в машину. Натянула пониже короткую юбку. Смиренно сложила руки на коленях.

— Я бы на твоём месте записывал, — даже не глянув на неё, сел за руль Воскресенский-старший.

— Уже, — показала она зажатый в руке телефон.

— Суть дела в следующем, — сказал он. Ирка демонстративно включила диктофон. — Спор за наследство. Назовём условно владельцев двух квартир в одном подъезде Брат Один и Брат Два…

Он закончил говорить ровно через семь минут тридцать секунд. Припарковал машину. Кивнул. И всё так же не оборачиваясь захлопнул дверь, уверенный, что девушка идёт за ним.

— А мы куда? — позволила она себе спросить, когда Борис Викторович открыл стеклянную дверь одного из самых дорогих в городе торговых центров, пропуская Ирку вперёд.

— Купим кое-что для моей жены. Зачем мне помощница, которая не знает её вкус, — сказал он и уверенно взял курс на магазин нижнего белья.

— У тебя какой размер? — повернулся Воскресенский-старший с кроваво-красным кружевным комплектом в руках.

— Семьдесят бэ, — ответила Ирка.

— Отлично. Надевай! — скомандовал Борис Викторович, вручая ей бельё и всё так же решительно повернул в другую сторону от примерочной.

Конечно, Ирка понимала, что это проверка, задачка на стрессоустойчивость, тест на умение вести себя в конфликтных и неоднозначных ситуациях, экзамен на способность адекватно реагировать на провокации, но ей чертовски нравился его сын, поэтому она должна была справиться с любыми проверками, чтобы достучаться до отца.

— Такое ощущение, что эти трусы уже кто-то носил. Они выглядят застиранными, — стоял он у витрины мужского белья.

— Это эффект делаве. Способ окрашивания, когда на ткани образуются разводы и потёртости. Придаёт одежде расслабленный, бунтарский ну или винтажный вид, — стояла Ирка позади Воскресенского-старшего в одном белье.

И до него, кажется, это только что дошло.

— Э-э-э… — он повернулся не так эффектно, как до этого, она бы даже сказала с опаской.

— Я бы взяла вон те, — показала она на чёрные боксеры с графитовой резинкой.

— Хм, — смерил её взглядом от ключиц до пальцев ног Борис Викторович. — Мне те два комплекта, что я положил на витрину и этот — в отдельный пакет, — показал он на Ирку идеально вышколенной продавщице.

— А мне вон те чёрные плавки с потайной кулиской, размер, — она посмотрела прямо на его гульфик, — икс эль.

И повернувшись спиной, продефилировала обратно в примерочную.

Что Воскресенский проводил её взглядом, она видела по выражению лица второго продавца.

Вид сзади девушки в стрингах вообще мало кого из мужчин может оставить равнодушным, особенно когда изначально стрингами они не были, но пришлось их кое-куда поглубже засунуть.

— Э-э-э… — услышала она из примерочной, спустя аж пару секунд, как задёрнула шторку.

— Ваша покупка, — протянула продавец её пакет, когда Ирка вышла.

— За мой счёт, — прокомментировал Борис Викторович. — В качестве аванса. Ты принята. По-хорошему завидую этому… с размером «икс эль», — добавил он, когда они вышли на улицу.