Книга Красиво разводятся только мосты, страница 72 – Елена Лабрус

Аврора пожала плечами: не понимаю.

— Пресловутый бес в ребро?

— Называй как хочешь. Да, я очень виноват перед тобой.

— Виноват в том, что я узнала?

— Что позволил этой девице принести в наш дом грязь. Но это не твоя грязь — моя. Мой грех.

Аврора скривилась.

— Не знаешь, почему я сейчас вспомнила Содом и Гоморру? А конкретно Лота, чья жена обернулась на горящий город и превратилась в соляной столб, а его опоили и совратили собственные дочери.

— Нет, Аврора, нет, — сел обратно на кровать Романовский. — Я не Лот, и не строю из себя праведника. Да и вся эта история с Лотом про политику и происхождение «нечистых» народов, а не про инцест.

— А я и не о тебе. Я о том, что можно девушку вывести из Содома, но Содом из девушки — никогда. Чем она тебя шантажировала? Эта девица? Что просила? В чём ты ей отказал?

— Я отказал не ей, — покачал головой Романовский, — а человеку, что стоит за ней. Решил, что справлюсь, обойдусь без помощи и указок. Но… — он развёл руками, — вышло ещё хуже.

— Что вышло? — нахмурилась Аврора.

Романовский молчал, словно собирался с силами, чтобы сказать.

— Валера, что вышло? — смотрела на него в упор Аврора.

— Эти пятьдесят миллионов, что просят в качестве возмещения ущерба…

Аврора обмерла. Нетвёрдой рукой отодвинула стул, села.

— Эти пятьдесят миллионов, — Романовский смотрел побитой собакой. — Официально их должны присудить Минздраву области.

— Зачем?

— Чтобы на законных основаниях опустошить бюджет.

— Который и так пустой? — догадалась Аврора. — То есть деньги уже растащили, но им надо прикрыть задницу и твой «друг» Филимонов, — показала она пальцами кавычки. — Или как там его…

— Филимонов, — кивнул Романовский.

— … решил, что это подходящий случай?

— Ты всегда была умненькой девочкой.

Аврора подскочила, словно стул под ней нагрелся, как раскалённая сковорода.

— И давно вам пришла в голову эта идея?

— Нам? Нет, душа моя. Я был против, — встал Романовский. — Я был категорически против. И послал его на хрен.

— Я спросила: когда? — оттолкнула руку мужа Аврора, когда та легла ей на плечо.

— Когда всё уже случилось. Тогда он решил, что это можно использовать.

— Использовать меня, мою ошибку, трагедию, горе людей, чтобы прикрыть свою задницу?

Романовский тяжело, рвано вздохнул.

Нет, чёрт побери, зря она вчера доказывала Демьяну, что это в рамках системы ценностей Ветхого Завета женщина где-то на уровне скота, которую можно купить, продать, использовать как инкубатор для выращивания детей, а потом выгнать, предложить «нужным людям» для изнасилования. Ничего не изменилось.

— Поправь меня, если я неправильно поняла, но, раз в бюджете и так дыра, деньги разворовали, кто заплатит семье, когда она выиграет суд?

— Деньги семья получит якобы из бюджета, но на самом деле, конечно, заплачу я. Главное — постановление суда.

— И другой вариант не предусматривается, — подвела она итог.

Холодок пробежал по спине: они выиграют, значит, Аврора проиграет. Ей не оставили выбора.

Романовский развёл руками.

— И твоя задача, чтобы следствие пошло именно так: меня посадили, а деньги присудили Минздраву? — усмехнулась Аврора. — Вот ты мудак. А чтобы не артачился, значит, подложили девчонку?

— С девчонкой было давно, — обречённо вздохнул Романовский. — Но запись придержали до удобного момента…