Книга Корми. Укладывай. Не влюбляйся, страница 162 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

Я знала, какую спальню выделили для Мальвины и Макса, поэтому сразу пошла туда. Дверь была приоткрыта, и меня остановил тихий голос Ярика. Он убеждал сестру, что она не права. Что Ян вовсе не злодей. Что он меня любит и по-своему переживает, поэтому так и отреагировал. Он убеждал, что они подружатся, если узнают друг друга ближе.

Но я сомневалась. После сегодняшнего концерта за столом… сомневалась сильно. Мальвина что-то отвечала ему, но так тихо, что я не разобрала ни слова. Стоять под дверью дальше было глупо. Я толкнула ее и вошла.

— Пришла помочь уложить босса. — сказала я, делая шаг в комнату.

Ярик посмотрел на меня и коротко кивнул.

— Я тогда оставлю вас. Буду внизу, если что. — он понял истинную цель моего визита.

Он все понял. Истинную цель моего визита понял сразу. Да и сестра тоже, она тяжело вздохнула и опустилась в кресло у окна, укачивая мелкого на руках.

— Мира, — она начала первой. — прежде чем ты будешь ругать меня, я хочу извиниться. Я была резкой. Не нужно было начинать этот разговор за столом. Просто… я желаю тебе всего самого лучшего и больше всего боюсь, чтобы ты не повторила мою судьбу.

Сестра выглядела жалко. Словно вот-вот собиралась зареветь водопадом. Но меня это сейчас не трогало.

— Извиняться тебе нужно не передо мной, — отрезала я. — а перед тетей Людой и дядей Сашей. Они так ждали нас, а обед превратился в ваше поле боя. И что это вообще за предвзятое отношение к Яну? Зачем ты так с ним? Ты даже представить не можешь, как он украсил мою жизнь. Как он помогал мне с Максом. Сколько раз выручал. Сколько проблем за меня решил.

Сестра усмехнулась. Так странно, словно ей стало больно.

— Не представляю, но я не плохо разбираюсь в людях, Мира. Жизнь заставила. И мне достаточно просто взглянуть в его злые глаза, чтобы понять — он манипулятор, цинник и лжец. Чш-чш-чш… — она похлопала Макса по спине.

— Ты даже не знаешь его.

— Мне и не нужно знать его десять лет, чтобы распознать опасного человека.

— Опасного? — переспросила я.

Макс заворочался у нее на рука. Мальвина прижала его крепче и продолжила еле слышно:

— Да. Опасного. Ян — абьюзер, Мира. Не обязательно тот, кто сразу поднимает руку. Такие, как он, начинают иначе. С грубости. С крика. С приказов. С фраз «я лучше знаю» и «я просто хочу как лучше».

— Он не приказывает мне.

— Сегодня приказал мне замолчать. За столом. При всех.

— Ты сама провоцировала его. Ты с первого слова начала его топить. Ты сидела и цедила яд весь обед. Еще бы он не взорвался.

— Конечно. Именно так все и начинается. Виновата всегда женщинаЛюда, которая «довела». Он орет, потому что его вынудили. Он контролирует, потому что переживает. Он унижает, потому что устал или ревнует. А потом он извиняется, приносит цветы, говорит, что любит, и ты начинаешь жалеть его.

— Ян меня не унижает. — я сказала это твердо.

Так твердо, что даже сама удивилась.

Мальвина усмехнулась.

— Пока нет.

От этих слов внутри у меня все сжалось, не от страха, а от злости на сестру.

— Не смей говорить со мной так, будто ты уже знаешь, чем закончится моя жизнь.

— Я знаю, чем это заканчивается, потому что уже жила рядом с таким человеком.

Она осторожно поправила на Максе сползшее одеяло.

— Юра тоже сначала был просто резким. Просто вспыльчивым. Просто привык командовать. Он тоже говорил, что заботится обо мне. Что я слишком мягкая, слишком доверчивая и без него обязательно все испорчу. А потом начал решать, с кем мне общаться, куда ходить, что надевать и сколько денег я могу потратить.