Книга Развод. Месяц на размышления, страница 118 – Ария Тес

— Я знаю, что причинил тебе боль…

— Хм.

— Что?

— Думаешь, я спала с Андреем в отместку?

— Хватит.

— Что? — дергаю плечами и усмехаюсь, — Ты же об этом хотел…

Слава рывком заставляет обернуться. Мы сталкиваемся взглядами, и он… вздрагивает. Злость тут же пропадает, уступая место… страху?

Дошло, да?..

Я смотрю на него устало. Как человек, прошедший раскаленную пустыню: ему уже все равно. Если честно, мне тоже. В это мгновение — точно. Я не хочу орать и плакать. Не хочу скандалить или что-то выяснять. Дело не в его измене, она — это триггер. Чтобы до меня дошло наконец, как беспечно и глупо я распорядилась своей жизнью!

Да, у меня есть сын. Я его люблю и горжусь им! Он… Ваня у нас хороший, с правильными жизненными позициями и ориентирами. Мы смогли. Да-да-да! Глядя на своего ребенка, я четко понимаю, что мы справились. Порой он выкидывает фокусы, разумеется! Куда без них? Но в целом? Мы справились, и он — единственная причина, по которой я еще могу дышать. Будь все иначе… не знаю, как бы я себя чувствовала тогда. Наверное, раздавленной окончательно. Я — хорошая мать, и у меня осталась причина смотреть на себя в зеркало с гордостью. Для меня это важно. Для кого-то, может, и нет, но для меня — очень! Внутри я, пожалуй, все еще немного хирург, а все знают: хирурги обладают достаточно большим эго, чтобы иметь силы взять на себя ответственность за чужую жизнь.

— Ты с ним не… спала? — сначала голос Славы звучит уверенно, но к концу фразы скатывается в нервный вопрос.

Он облизывает губы и припечатывает меня взглядом. Спорю на что угодно, сейчас его сердце работает, как безумно мощный, быстрый двигатель. На пределе своих возможностей.

Криво улыбаюсь.

— Это вопрос?

Я — сука. Возможно. Но не собираюсь ему помогать. С меня хватит! Никакой жалости, никакой «иду на встречу». Это тоже меня порядком задолбало. Точка.

Слава прищуривается.

— Когда-то ты сказала, что повторишь за мной в точности…

— Ммм… помню. Было такое, да. И?

— Прости, что сомневаюсь.

Он не извиняется. Его голос полон сарказма, а мне смешно. И я этого не скрываю.

Пока смеюсь, встаю на ноги, а потом поправляю штаны и окончательно справляюсь с майкой. Устало выдохнув, наклоняю голову вбок. Из каждой моей поры сочится сарказм:

— У тебя еще царапины от ее ногтей не зажили, так что не смей даже рот открывать на эту тему. Понятно излагаю свою мысль? М?

Знаю, что любому человеку в такой ситуации захочется что-то ответить на такое дерзкое, откровенное обвинение, чтобы хоть как-то его сгладить. Думаю, это в нашем ДНК — пытаться себя защитить. И Славе тоже хочется. Он не индивидуум. Не волшебный принц на белом коне, не имеющий недостатков. Он — обычный человек со своими слабостями, а одна из главных слабостей моего мужа — это дикое, нестерпимое недовольство, возникающее каждый раз, стоит ему оказаться в ситуации, где правда отнюдь не на его стороне.

Но он молчит…

Открывает рот, потом сразу же его закрывает и даже глаза в сторону отводит, чем не хило меня удивляет.

Сложа руки на груди, даже брови вскидываю. Он молчит еще несколько мгновений, потом вздыхает и медленно подползает ко мне на коленях. Вау. Слава у меня — птица гордая. Это еще одна его ахиллесова пята, так сказать. Он на коленях передо мной стоял не так чтобы очень много раз: когда делал предложение и завязывал мне шнурки во время беременности. Ну и ночью. Когда спускался по моему телу губами — все. Ни разу он не просил у меня прощение вот в такой позе, хотя косячил, бывало, часто. Особенно по молодости.