Онлайн книга «История Тильды Коннах, или Андрей Васильевич меняет профессию»
|
Его рука осторожно легла поверх ее. Тильда внезапно ощутила дрожь, голова стала очень легкой. Усталость дня, легкий запах пота и более сильный — цитрусового одеколона, исходящий от Андрея, кружил голову. Совсем, совсем все иначе, не так, как она привыкла. Но самое главное, основное не менялось из мира в мир. Он был мужчина — она была женщина. Солнце заходило. Пахло виноградом и теплой землей. Тильда покачнулась навстречу Андрею почти против своей воли. Крошечное, едва заметное движение — но это оказалось все, что ему было нужно. Она тут же ощутила его руку на своей талии, почувствовала, как он притягивает ее к себе. Тильда запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Он понял это неправильно — или абсолютно правильно — потому что она тут же ощутила, как ее целуют, и целуют одновременно неторопливо и очень уверенно, абсолютно непривычно. Но она уже почти забыла поцелуи Ориса — слишком давно они последний раз… Да, теперь все было совершенно иначе, но одновременно так узнаваемо. Тильда, оказывается, привыкла к запаху Андрея, даже каким-то образом привыкла к ощущению его тела, хотя вроде бы он ни разу не обнимал ее… А, ведь уроки стрельбы же! Когда она обхватила его за шею, прижимаясь к нему, это казалось таким правильным, таким естественным. — Скажи, если я слишком тороплюсь… — пробормотал он, отрываясь от нее на секунду. — Не могу, схожу по тебе с ума… Его ладонь легла на ее грудь, чуть сжимая, и Тильда ахнула. «Надо так и сказать! Он правда торопится!» Но вместо этого она прижалась к нему еще плотнее. Голова закружилась совсем, ей вдруг представилось, что он сейчас подхватит ее на руки и понесет в дом… — А это, Елена Никодимовна, целуются хозяева виноградника, — менторским тоном произнес незнакомый подростковый голос. — Коля! Это совершенно социально неприемлемо! Нельзя так комментировать! В таких случаях надо притвориться, что ничего не видел, и незаметно уйти! Тильда отпрянула от Андрея, чувствуя, как ее одновременно разбирает стыд и смех. Прямо напротив них из зарослей виноградавыглядывал Коля Козельский, за ним в сумерках угадывалась его гувернантка. — Прошу меня простить, — чопорным тоном сказала Елена Никодимовна. — Мы уже уходим. — А я не хочу притворяться, что ничего не видел, — упрямился Коля. — Я хочу узнать, зачем они целуются в винограде, сидя на узкой лавочке, это же неудобно! — Коля! — гувернантка утащила мальчика за руку. — Действительно, — Андрей приобнял ее за талию, зарылся лицом в ее волосы. — Это очень неудобно. Что если мы проводим гостей и найдем более удобное место? Тильда вдохнула, выдохнула. Что сказал бы Орис? Что скажет Лис?.. Да что бы он ни сказал… Тут у Андрея Васильевича завибрировал в кармане телефон. Он достал его, нахмурился, глядя на экран. Тильда выдохнула, радуясь передышке: прямо сейчас ей не нужно соглашаться или отказываться, можно еще хоть чуть-чуть потянуть паузу, хоть чуть-чуть прийти в себя… — Тильда, — вдруг серьезным тоном проговорил Андрей. — Сразу не волнуйся: Лис жив. Но, кажется, у него неприятности. Глава 11 Тильда думает о сходствах и различиях Как быстро настроение вечера может поменяться! Только что она целовалась с Андреем, обмирая одновременно от желания и от смутного ощущения, что все же делает что-то плохое. Изменяет… даже не Орису, может быть, одиннадцать лет — достаточно долгий срок для траура по любым меркам! Скорее, своим представлениям о себе же. Ей ведь казалось, что она никогда не сможет полюбить другого мужчину и допустить его туда же, куда она допускала законного мужа. А тут еще она не была уверена, что уже любит Андрея. Уважает — да. Может быть, даже восхищается. Ценит как интересного собеседника. Польщена его вниманием. Но любит? В понимании Тильды любовь значила одно: «Я готова везде идти за ним, жить его жизнью, поддерживать его род как свой». |