Книга Узник, страница 21 – Кристина Жиглата

— Блядь, ну ты совсем уже охреневшая…. Честное слово, - бросает Камал. – Такой дерзкой и наглой сиделки у меня еще никогда не было.…

— А разве с вами по-другому можно? – бросаю. – Или так, или попробуйте выбраться сами…

Камал снова попытался выровнять инвалидную коляску, но сделал только хуже. Её больше накренило и его плечо сильнее вдавилось в острый край косяка двери.

Он плотно стиснул зубы, и сдавленно прорычал.… Мне показалось от недовольства. Хотя потом я пойму, что это было не так.

— Хорошо! – слишком поспешно бросает он.

— Дайте слово, - требую.

— Даю слово! А теперь освободи меня! – рычит.

— А где ваше «пожалуйста».… Я просила больше уважения, - напомнила, взявшись за ручки коляски сзади.

— Пожалуйста, блядь! – выплескивает он ядовито.

Я закатываю глаза вверх. Невыносимый.

Я могла бы больше его помучить, чтобы добиться всего, что мне нужно. Но не хотела перегибать. Мне было и так страшно из-за того, что я начала этот шантаж. Ведь за такую вольность и подобное поведение меня могут легко выгнать из этого дома. Но я надеялась на то, что Камал не станет на меня жаловаться.

Надавливаю на ручки, используя весь свой вес и силу, и мне с трудом удается выровнять коляску. Дальше Камал помогает мне рукой и берет ситуацию под свой контроль.

Когда он снова на колесах, я его отпускаю и отступаю в сторону, ожидая ряд ругательств, выговора и угроз. Но они не следуют. Камал бросает на меня быстрый взгляд, в котором я замечаю уже другие, непонятные мне эмоции, после чего жмет какую-то кнопку на пульте управления и двигается вперед, выезжая на террасу. Сквозь окно я вижу, как он подъезжает к перилам, подкуривает сигарету и начинает курить.

А у меня происходит откат, после произошедшего. Эмоции отпускают меня, и возвращается осознание.

И что теперь будет дальше?

Отомстит? Накажет? Пожалуется на меня?

Я понимаю, что возможно я слегка переборщила, но блин, я тоже человек и иногда мне свойственно терять контроль и выходить из себя. А Камал меня уже с самого утра вывел.

Но разве кто-то станет слушать мои оправдания.…

Камал находится на террасе минут десять, выкуривая несколько сигарет подряд. Нервный. Злой. Недовольный. И всё только накалялось.

Этого времени мне было достаточно, чтобы подумать и прийти к какому-то решению, как вести себя дальше со своим пациентом. И я собиралась продолжать вести себя невозмутимо и смело, не показывать свой страх и продолжать добиваться желаемого. Ведь если сейчас я дам слабину, всё снова вернется на круги своя.

Если он пожалуется на меня своему деду, тогда я уже и буду думать, как поступать дальше. А пока всё спокойно и в мою пользу, я просто вынуждена держаться и настаивать на своём.

Поэтому когда Камал возвращается в комнату, я делаю вид, что ничего ужасного не произошло, и снова берусь за свою работу.

Переношу поднос на столик рядом и с натянутой улыбкой говорю:

— Приятного аппетита!

Камал бросает на меня быстрый взгляд, затем подъезжает к дивану и, взяв оттуда свою футболку надевает её. После чего направляется к комоду, на котором находились его таблетки, и выпивает их.

— Эм.… Их нужно пить после еды! – плотно стиснув зубы, выпаливаю я. Было очевидно, что этот тип не станет меня слушать, как обещал.

— Я поел, - говорит на удивление спокойно. – Ночью спускался в кухню. Сейчас не хочу… Поэтому угомонись и иди отдыхай!