Книга Друг племянника. В ловушке запрета, страница 61 – Кристина Жиглата

Я провожаю взглядом уезжающий черный джип, глубоко вздыхаю, сжимая в руках букет новых цветов, и медленно открываю дверь подъезда, шагая внутрь.

Когда я переступила порог и тихо вошла в квартиру, то первым делом на цыпочках отнесла букет в кухню. Дрожащими руками быстро подрезала стебли и поставила лилии в стеклянную вазу, после чего медленно прошла в гостиную. И тут же замерла на месте.

Егор стоял у самого окна. Он слегка отодвинул плотную занавеску в сторону и неотрывно смотрел вниз, во внутренний двор. Именно туда, на ту самую площадку перед подъездом, куда меня буквально пару минут назад привез Илья на своем огромном внедорожнике. Туда, где мы сидели в салоне, переплетя пальцы.

Эта страшная мысль осенила меня мгновенно, как внезапный, сокрушительный удар молнии. Холодный пот прошиб спину. Я так и застыла в проходе гостиной, не в силах сделать даже микродвижение, лихорадочно, на бешеной панике прокручивая в голове все самые ужасные вопросы, которые мне сейчас мог задать Егор. И так же мысленно, задыхаясь от чувства вины, я искала на них спасительные ответы.

Что конкретно он только что увидел из этого окна?

Он догадался? Неужели он всё понял?! Вгляделся в тонированные стекла джипа своего лучшего друга?

Может быть, именно поэтому он вообще так настойчиво захотел сегодня дождаться меня с работы, что в последнее время случалось крайне редко? Решил устроить мне очную ставку и допрос с пристрастием? От этих догадок ноги стали совершенно ватными.

Егор еще некоторое время неподвижно постоял у стекла, после чего медленно повернулся лицом к арочному проходу в гостиную и наконец заметил меня.

— Теть Исла… Привет. Не услышал даже, как ты вошла, — негромко бросил он.

Я вглядывалась в его лицо, судорожно оценивая интонацию голоса. И внутри меня медленно начал оседать этот парализующий страх. Голос племянника звучал абсолютно ровно, как обычно. Без скрытой злости, обиды или подозрений. Я мысленно с огромным облегчением и удовольствием отметила для себя еще одну важную деталь: те жуткие синяки, рассеченная губа и ссадины на его лице уже почти полностью сошли, а сам Егор больше не выглядел тем несчастным парнем, который смертельно страдает от неразделенной юношеской любви. Илья был полностью прав. Он вчера мимоходом рассказывал мне, что Маша всё-таки окончательно бросила своего постоянного парня и теперь полностью переключилась на Егора, карауля его. Но мой племянник упрямо, по-мужски держит марку, оставаясь холодным пофигистом и заставляя эту малолетнюю стерву пройти ровно через те же круги ада и унижений, через которые совсем недавно прошел он сам. И за эту колоссальную перемену в нем, за эту его вновь обретенную гордость я, конечно же, была до глубины души благодарна Илье. Он спас Егора.

— Я… я только что вошла, буквально секунду назад, а ты… — отвечаю я, предательски запинаясь от внутреннего волнения и пытаясь спрятать руки в карманы.

— Да я видел в окно, тебя Илья привез, — вдруг совершенно спокойно говорит он.

От этих его простых слов мое многострадальное сердце пропускает сильный, болезненный удар. В ушах начинает шуметь кровь.

— Да… Да, точно, — лихорадочно, на ходу придумываю я спасительную легенду, надеясь, что мой голос не слишком дрожит. — Мы совершенно случайно пересеклись с ним около моего ресторана, он там проезжал мимо. Илья увидел меня на остановке и сам вежливо предложил подвезти до дома. Ты же сам прекрасно знаешь, моя старенькая машина окончательно сдохла оставшись на парковке…