Онлайн книга «Тени Грейфолла 1»
|
Его появление заметили далеко не сразу. Сначала стихли ближние разговоры, потом дальние, наконец, умолк даже оркестр, сбившись на середине фразы, и в наступившей тишине отчетливо прозвенел уроненный кем-то бокал. Сотни лиц повернулись к дверям. Мэтр Октав видел, как баронесса Клемм поднесла к глазам лорнет, вгляделась и осела на подставленный компаньонкой стул. Как молодой лер Виммер, знавший покойного только по историям родителей, восторженно привстал на цыпочки. Минимум дюжина гостей осенила себя знаком Дагды, причем двое, судя по движению губ, добавили к знаку слова, которые в приличном обществе не произносят. По залу пополз шепот, состоящий из обрывков: «…и правда жив…», «…это же он устроил бойню в Гринвиче…», «…говорят, он теперь убивает за деньги…», «…какая наглость, прийти сюда, где…», «…а я слышала, он продал душу…», «…тише, он же услышит…» А Себастиан де Грейв шел через зал так уверенно и привычно, словно и не исчезал на долгие десять лет. Он радушно кивнул банкиру Юэлю, и мужчина, у которого этот человек когда-то на глазах у всего города увел из-под венца невесту на один-единственный танец, после которого свадьба расстроилась, поперхнулся шампанским и отступил за колонну. Затем, словно специально, Себастиан учтиво поклонился советнику Груму, и мужчина, чей сын получил чудовищные травмы под копытами лошади де Грейва, когда тот устроил гонки по улицами, побагровел так, что жена вцепилась ему в локоть. Де Грейв же уже целовал руку адмиральской вдове со словами, которых мэтр Октав не расслышал, и вдова, семидесятилетняя женщина, недавно похоронившая мужа, неожиданно фыркнула и игриво ударила наглеца веером по плечу. Семейство де Грейв, прибывшее часом ранее, наблюдало за шествием родственника с противоположного конца зала, и мэтр Октав, тридцать лет читающий по лицам, видел, как леди Вивьен брезгливо морщится и что-то выговаривает дочери, а молодой лер Рауль демонстративно смотрит в другую сторону, будто ему совершенно не интересен воскресший родственник. Эдмунд де Грейв же лишь тяжело вздыхал и с преувеличенным вниманием изучал содержимое своего бокала. Офицер секуритате у главного входа, светловолосый, в парадном белом мундире, смотрел на идущего через зал человека обречённым взглядом, с которым смотрят на тлеющий фитиль у подожжённой шашки динамита. А у дальней колонны, заметил распорядитель, стоял лер Дитрих Хаген, лучший клинок города, кавалер двух армейских крестов, и не сводил с вошедшего глаз. И вот от взгляда этого человека мэтру Октаву стало нехорошо по-настоящему, потому что он отлично помнил лера Хагена шестнадцатилетним мальчиком, лежащим в чем мать родила лицом в праздничном торте под общий хохот, и помнил, кто именно его туда уложил. И это было самым невинным из издевательств, которым подвергся Дитрих со стороны де Грейва просто потому, что тому нравилось наблюдать за мучениями слишком правильного парнишки. — Ничем хорошим это не закончится, — обреченно пробормотал мэтр Октав и жестом велел оркестру начать играть что-то помедленней, будто музыка могла как-то исправить ситуацию. * * * Оттон обнаружился у центральной колонны, в окружении торговых партнеров, и при виде подходящего Себастиана его лицо не дрогнуло ни единой чертой, что само по себе тянуло на достижение. А вот мужчины за его спиной дрогнули всеми чертами сразу. И неизвестно, что их больше задело: личность Себастиана де Грейва, его внешность или известный уже многим статус истребителя «А»-ранга. |