Книга Тени Грейфолла 2, страница 71 – Алекс Кош

— Если Вивисектор гибрид, то уже по этому описанию и костяному узкому клинку, можно попробовать понять, из какой именно твари его сделали. Это может указать на его слабости.

Джоэл устало потер глаза, помолчал и заговорил уже другим тоном, глухим и злым:

— Утром я обязан доложить начальству, но основные подробности придётся скрыть. И свидетеля, видимо, тоже. И что мне теперь со всем этим делать?

— Выпей, — предложил Себастиан. — Это отличный способ заглушить совесть. Но вообще, ты всё делаешь правильно, пусть и не совсем по закону.

— Как-то это совершенно не успокаивает, — Джоэл спрятал книжку. — Ладно. Показания свидетеля я подправлю. Официально убийца не установлен, приметы уточняются. Неделю я так протяну, но если не будет результатов, меня могут просто снять с этого дела. Хорошо бы найти Вивисектора раньше.

— Найдем. Завтра попробуем поговорить с профессором, может, он подскажет что-нибудь полезное.

— Кстати, о завтра. — Офицер вдруг замялся, старательно глядя куда-то поверх плеча собеседника. — Хотел спросить. Вы с доктором Хольт давно знакомы?

— Меньше недели. С тех пор, как я притащил ей лапу твари для исследований.

— А. Понятно. — Джоэл выдержал паузу, которая, по его замыслу, видимо, должна была выглядеть небрежной. — И вы с ней… В смысле, у тебя на нее какие-то…

— Джоэл.

— Что?

— Ты сейчас изъясняешься как подросток.

— Просто ответь, — буркнул офицер.

— Отвечаю. Доктор Хольт отличный специалист. — Себастиан помолчал, со злорадством наблюдая за выражением лица офицера, и добавил ровно: — А ещё очень красивая и сексуальная женщина.

— Между вами что-то есть?

Себастиан постарался сделать серьёзное лицо.

— Джентльмены о подобном не болтают.

— С каких это пор ты стал джентльменом?

— Примерно секунд десять назад, когда ты задал вопрос, на который я не хочу отвечать.

Некоторое время они боролись взглядами.

— Ладно. — Джоэл кашлянул и явно с огромным трудом сменил тон на деловой: — Тогда до завтра. В десять у музеума, не опаздывай.

Истребитель усмехнулся.

— А мне кажется, ты будешь рад, если я опоздаю, или не приду вовсе.

— Иди уже.

«Трогательно, — прокомментировал Каэлар, когда Себастиан зашагал прочь по темной улице. — Конвойный род. Даже сердечные дела начинает с выяснения, свободна ли самочка. Наверняка потом еще и рапорт напишет».

— Отстань от него.

«И не подумаю. Он интересный, и сила у него очень необычная».

В особняк Себастиан вернулся в четвертом часу и вошел тихо, через боковую дверь, чтобы не поднимать Мориса. Дом спал: ни света под дверями, ни шагов, только большие часы в холле мерили темноту, да на столике у лестницы белела записка, придавленная подсвечником. Дворецкий сообщал, что поздний ужин ждет под крышкой в малой столовой, а лер Эдмунд просил передать: список будет готов к завтрашнему вечеру.

Ужинать не хотелось. Себастиан поднялся к себе, зажег лампу, стянул мокрый плащ и, вопреки здравому смыслу, сел не на кровать, а за стол.

Бумаги легли перед ним в несколько стопок. Записная книжка с приметами и фамилией Ольсвига. Список гостей Гринвича с вычеркнутыми строчками. Старые выписки из дела о нападении. Наброски схемы: бойня, склад номер девять, аптека Лоренца, Северная застава. Он перекладывал листы, сверял даты, ставил пометки на полях, и постепенно ночной склад с его страшной описью отодвигался, уступая место общей картине.