Книга Тени Грейфолла 2, страница 58 – Алекс Кош

В гостиной стало очень тихо. Джоэл сидел с чашкой в руке и явно перебирал в голове все материалы дела, а вот Магнус де Фальк повел себя странно. Старик медленно поднялся, подошел к фамильным кандалам под стеклом и довольно долго смотрел на них, а когда заговорил, голос у него стал другим, глухим и тяжелым.

— Раз уж у нас утро откровенностей, лер де Грейв, то и мне есть чем поделиться.

И Джоэл, и де Грейв посмотрели на старика с удивлением.

— Отец, о чём ты? — нахмурился де Фальк-младший.

— Я слышал о подобных экспериментах ранее. И они были связаны с вашим отцом, лер де Грейв.

И снова возникла долгая пауза.

— Отец, — первым не выдержал Джоэл. — Какие эксперименты? Ты о чем вообще?

Магнус де Фальк вернулся в кресло, положил ладони на подлокотники и заговорил, глядя ровно перед собой:

— Пятнадцать лет назад я подписал бумагу о молчании, — медленно начал он. — Но мы сейчас говорим не официально, и к тому же, Генрих уже мёртв, и, возможно, то что он делал, как-то связано с нынешним расследованием. Ваш отец, лер де Грейв, выполнял для Империи какие-то исследования, связанные с тварями из Пустошей. Какие именно, я не знаю и никогда не пытался узнать: не моего ума это было дело…

Он говорил размеренно, без пауз на подбор слов, и Себастиан понял, что старик проговаривал этот рассказ про себя не один год. Возможно, он давно хотел кому-то об этом рассказать, но не было достаточно веской причины.

— Трижды за службу мне поручали особые конвои. Первый раз лет семнадцать назад, последний — двенадцать. Предписания приходили без имен и без названия ведомства, лишь с подтверждением в виде золотой печати высшей имперской канцелярии. По каждому предписанию я принимал людей из тюремного подвала, ночью, без записи в журнале, и отвозил их за стену. Всего восемь человек за все три раза.

— За стену? — Джоэл подался вперед. — Конвой в Пустоши? Зачем?

— Примерно в десяти часах езды. — Магнус поднялся, подошел к карте на стене и молча ткнул пальцем в точку чуть в глубине закрашенной серым территории, там, где обрывался старый четвертый тракт. — Межевой камень. Дальше дороги нет. Там меня ждали, я сдавал людей под расписку, разворачивал конвой и уходил. Расписку у меня забирали на обратном пути, на первой же заставе, человек все с той же золотой печатью.

— И принимал людей в Пустошах мой отец? — негромко уточнил Себастиан.

— Лично. Один, без охраны или помощников. Первый раз я его не узнал из-за маски, но потом он по какой-то причине прекратил её надевать. — Старик тяжело вздохнул. — Ваш отец вел себя буднично, словно мы не стояли посреди Пустоши: пересчитывал людей, проверял кандалы, подписывал бумаги и уходил.

— Что за людей вы конвоировали?

— А вот это самое интересное, лер де Грейв. — Магнус впервые за рассказ помедлил. — Не разбойники и не душегубы, хотя по бумагам все восемь шли как осужденные на смерть. Это были сильные маги. Обычный конвой таких не удержит и до городских ворот. Поэтому их перевозкой и занимался я сам. Наш родовой Аспект не зря называется Оковами: пока я держу цепь, маг на другом ее конце не зажжет и свечи.

Джоэл смотрел на отца в лёгком шоке.

— Осужденные на смерть маги, — повторил он вслух. — И что с ними стало?

— Ничего. В том смысле, что я больше ничего о них не слышал. А казни их, если верить официальным документам, состоялись в городе, честь по чести, с палачом и свидетелями. Даты исполнения я потом проверил из любопытства. — Магнус усмехнулся без тени веселья. — Две из них совпадают с днями, когда эти люди шли со мной по четвертому тракту.