Книга Тени Грейфолла 2, страница 49 – Алекс Кош

Женщина еще несколько секунд смотрела на него, затем убрала нож. Не спрятала, а просто опустила.

— Заходите.

Комната оказалась маленькой, бедной и настолько чистой, насколько вообще может быть чистым помещение в Гавани, где угольная пыль умудряется проникать даже в закрытые шкафы. На стене висела фотография Анселя Верка, и Себастиан подошел ближе.

— Это когда снято?

— За год до… происшествия.

На карточке стоял мужчина в форме служащего дома де Грейвов: примерно лет сорока-пяти, крепкий, с совершенно несерьезными усами. Себастиан смутно помнил его: Ансель отвечал за конюшни и иногда сопровождал кареты, и именно он в ту ночь каким-то чудом пережил нападение.

— Чай будете? — поинтересовалась вдова.

— Буду.

Она удивленно посмотрела на него, явно не ожидая положительного ответа.

— Но чай у меня дрянь.

— Я не привередлив.

— Де Грейв и не привередлив?

— За последние десять лет я стал значительно менее требователен ко многим вещам.

— Ну, вам же хуже.

Женщина поставила чайник на плиту, и некоторое время они молчали. Себастиан не торопил ее, отлично понимая, что гораздо честнее человек начинает говорить не тогда, когда его спросят, а когда захочет сам. Госпожа Верк поставила перед ним чашку, села напротив и демонстративно положила нож рядом с блюдцем. Чашку она ставила тяжелыми красными руками, разбитыми за годы стирки в холодной воде. Платье на ней было старое, застиранное до белесых швов, но чистое, как и все в этой комнате.

— Ну? Зачем пришли?

— Потому что десять лет назад расследование убийства моей семьи закрыли слишком быстро.

— И вы это только сейчас заметили?

Себастиан поднес чашку к губам. Чай действительно оказался дрянным.

— Сейчас у меня появилось время, чтобы заняться делами прошлого.

— Чем же таким вы были заняты, что оказалось важнее смерти родителей и сестры?

— Выживанием.

Женщина посмотрела на шрам и решила больше лишних вопросов не задавать.

— Я прочитал показания Анселя, — продолжил Себастиан. — И у меня возникли некоторые вопросы.

Пальцы женщины чуть сильнее сжали чашку.

— Но вряд ли я могу на них ответить. Уверена, что Ансель честно описал все, что видел.

— Да, и утонул после повторной дачи показаний.

— Упал пьяным в канал. Это трагедия, но после нападения Ансель почти полгода человеком не был, — наконец произнесла вдова. — Просыпался ночью, кричал, иногда не узнавал меня, пил много. Ваша… то есть, смерть ваших родителей его подкосила.

Себастиан кивнул.

— А что вы помните о том дне, когда он подтверждал мою смерть для суда?

Женщина надолго задумалась.

— Из управления пришла бумага. Сказали, что нужно еще раз подтвердить обстоятельства нападения, потому что вас окончательно признают погибшим: наследство, имущество, все такое. — Она провела пальцем по краю чашки. — Ансель вернулся вечером совершенно трезвый и белый как стена. Сказал, что все закончилось и теперь все изменится.

— И все изменилось?

— Ну, пить он не перестал, — пожала плечами женщина. — А потом и правда все изменилось — он утонул.

— После его смерти к вам приходили дознаватели?

Вопрос подействовал сильнее предыдущих, и госпожа Верк заметно напряглась.

— Почему спрашиваете?

— Потому что если бы я зачищал старое дело, то после смерти единственного свидетеля обязательно пришел бы за его бумагами.