Книга Тени Грейфолла 3, страница 122 – Алекс Кош

— Бегите. Сейчас здесь… все будет уничтожено. Так положено. Если лаборатория… раскрыта.

Себастиан поднял голову, бегло осмотрелся по сторонам и заметил множество бочек, стоящих вдоль стен. Он видел их ранее, когда спускался с галереи, но не обратил внимания, отвлекшись на бой гибридов с людьми.

— Ирен, — произнес он. — Вы сами сказали, что мы ему уже ничем не поможем.

— Но даже так, его тело… нельзя просто так оставить здесь, это же великий ученый…

В эту секунду в дальнем конце зала, у галереи, через которую они вошли, появился высокий человек в сером. Окинув взглядом происходящее внизу, он достал какой-то небольшой артефакт, бросил его на пол и скрылся в проходе. Белая вспышка ударила по глазам с такой силой, что зал на мгновение исчез, остался только свет, а потом этот свет стал огнем. Бочки взрывались одна за другой, по кругу, и белое пламя ринулось от стен к центру, не разбирая ничего. Оно слизнуло купола вокруг двух последних охранников вместе с ними, и те даже не успели закричать. Затем пламя накрыло столы и шкафы, тощего гибрида с гудящим черепом, который замолчал на половине ноты, и остальных тварей заодно с клетками.

— Ада!

Она уже стояла на открытом месте перед клеткой с раскинутыми руками. Белое пламя докатилось до нее и остановилось, образовав сферу диаметром в несколько метров. Себастиан видел лицо ученицы — из носа и ушей у нее текла кровь, и из уголков глаз тоже, двумя ровными полосами, а губы девушки были плотно сжаты до синевы. Использование магии с магическим истощением равносильно бегу со сломанными ногами — можно, если очень постараться, но невероятно больно и чревато ужасными последствиями. После такого Ада могла навсегда лишиться дара, и это бы мало чем отличалось от состояния Себастиана после ритуала Черных Собирателей.

Джоэл аккуратно положил эльфийку на пол и встал рядом с Адой.

— Я помогу!

Цепи вылетели из обоих его кулаков, образуя небольшую защиту от пламени с другой стороны. И пусть они не могли полноценно защитить от огня, но какую-то его часть все же сдерживали, превратившись в некое подобие щита. Ирен встала с другой стороны, и из её рук выстрелили десятки молний, соткавшихся в единую синюю сетку, которую она поставила над ними, помогая сдержать огонь. Себастиан видел, как бледнеют молнии, и понимал, что счет идет уже на секунды, но все, что он мог сделать, это стоять и смотреть… хотя…

«Каэлар!»

Время замедлилось. Огонь перед защитной сферой замер, с языками, застывшими в воздухе, кровь на щеке Ады остановилась на полпути к подбородку, и в тишине прозвучал голос Каэлара:

«Носитель».

— Ты проснулся.

«Вынужденно». — Голос Каэлара был, как всегда, спокойным. — «Слушай внимательно, у нас мало времени. Это алхимическое пламя. Оно сжигает органику до пепла, и после него я не смогу тебя восстановить и умру. Этого я допустить никак не могу».

— Что ты предлагаешь?

«Мне нужны силы. Выбери одного из твоих спутников. Любого, мне безразлично. Я заберу его и прикрою остальных. Если ты промолчишь, я решу сам».

Себастиан не ответил сразу, посмотрев на Аду, замершую с кровью на лице, на Джоэла с цепями, на Ирен. Все трое рисковали жизнями, чтобы помочь ему в расследовании, и не требовали ничего взамен. Убить одного из них ради спасения остальных? Это выбор без выбора.