Онлайн книга «Тайна Паганини»
|
Но у Анны от одного взгляда на Арсения перехватывало дыхание. Она уже не пыталась как-то анализировать свои чувства, просто отдавалась им, плыла по воле волн. Вот и сейчас, увидев его в дальнем конце зала, она почувствовала, что стало тяжело дышать и ноги сделались как ватные. Она взяла себя в руки, прошла твердым шагом через зал ресторана, подошла к его столику, остановилась и выдохнула: — Арсений… Он поднял на Анну ленивый хозяйский взгляд, улыбнулся одними уголками губ и проговорил: — Привет, зайчонок! Анне стало жарко, дыхание привычно перехватило. Она опустилась на стул — просто чтобы не упасть, потому что ноги ее не держали. Арсений обвел ее тем же уверенным хозяйским взглядом, понимающе усмехнулся и придвинул стакан. — Выпей водички. Анна послушно выпила, не понимая, что пьет, однако стало легче. Сердце не колотилось так сильно, можно было дышать. Арсений лениво опустил веки и проговорил голосом, от которого по спине Анны побежали мурашки: — Ну что, зайчонок, как все прошло? Она вдохнула и проговорила как могла спокойно: — Ну, не совсем так, как я хотела. Я бы хотела получить дачу деда — это хороший загородный дом в поселке Мухино, большой участок, — ты, конечно, знаешь, это очень престижное место. Там издавна селились все городские знаменитости… Дача в Мухине — это пропуск в элиту. Но дед оставил эту дачу Марии, а мне досталась его квартира на канале Грибоедова… Тоже, конечно, неплохо, ты же понимаешь, «Золотой треугольник», все дела, плюс там роскошная антикварная мебель, картины… Конечно, я мечтала о загородном доме, хотела, чтобы там было наше с тобой семейное гнездо… но квартира в «Золотом треугольнике» — это тоже классно… Она остановилась, чтобы перевести дух, и бросила на него взгляд из-под ресниц: как он отреагирует на слова «семейное гнездо»? До этого они никогда о таком не говорили. Они познакомились месяцев пять назад, то есть она точно помнила: пять месяцев и четыре дня, если считать день сегодняшний. Познакомились случайно: подруга справляла свой день рождения в ресторане, а он, Арсений, сидел в общем зале. Они столкнулись у зеркала в холле. Буквально столкнулись, Анна поправляла перед этим зеркалом волосы и налетела на него, отступив назад. Пошатнулась и едва не упала, если бы ее не подхватили сильные мужские руки. Еще не оглянувшись, она ощутила странное, непривычное чувство, как будто ее прошило током. А потом наступила слабость. Она постояла в его объятиях чуть дольше, чем позволяли приличия, а когда оглянулась, все и началось. Она смотрела в его глаза и ощущала, что не может дышать. Потом, с большим трудом шевеля непослушными губами, выговорила слова благодарности. И пошла в зал, к столу, думая только о том, чтобы не споткнуться и не упасть. Потом она выпила шампанского и успокоилась настолько, что смогла рассмотреть посетителей ресторана. И увидела его. Он сидел за угловым столиком один. И это было хорошо, подумала она, потому что физически не могла видеть рядом с ним никакую женщину. В течение вечера они танцевали с ним пару раз, он молчал, а она думала только о том, попросит ли он, наконец, номер ее телефона или так и уйдет. Он попросил. В самом конце, когда их компания уже собиралась покидать ресторан. Последующие две недели, кажется, были самыми ужасными в ее жизни. Она не могла ни есть, ни спать, ни общаться с подругами, она не могла никуда ходить. Она ждала от него известий. |